varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Другая Украина на Дальнем Востоке

Конечно, этот рассказ должен по-настоящему шокировать многих жителей Украины, которые убеждены, что в России притесняют украинский язык, и вряд ли поверят в то, что школьники и студенты читают здесь на конкурсе стихи Тараса. Больше того, не так давно во Владивостоке свободно обсуждали «дальневосточную» книгу Ивана Багряного «Тигроловы» – причем, потомки переселенцев вспоминали, что незнакомые со словом «тигр» украинцы поначалу называли огромных лесных кошек «львами». Между тем, все эти мероприятия проходят совершенно официально, и при полной поддержке властей. Хотя они явно делаются не для пиара и показухи – поскольку центральные российские СМИ сообщают об этих событиях крайне редко, и как о само собой разумеющихся вещах, не увязывая это с политическими проблемами между Россией и Украиной.

– Наш центр получает поддержку краевой и муниципальной власти. Рождественский фестиваль «Щедрый вечер», Дальневосточная Сорочинская ярмарка проходят при финансовой поддержке администрации Владивостока. Два года подряд центр выигрывает конкурс на получение грантов, которые позволили провести Приморский краевой фестиваль украинской культуры «Соловьиная песня», провести фестиваль для молодежи, создать и поддерживать сайт и многое другое, – рассказывает об этом Татьяна Ткаченко.

Впрочем, важно отметить, что деятельность Приморского центра украинской культуры отнюдь не сводится к песням, танцам, ярмаркам или коллективному  чтению «Кобзаря». По словам Татьяны, они уже трижды провели научно-практическую конференцию на тему «Украинские переселенцы на Дальнем Востоке: история и современность». Эти мероприятия были организованы при поддержке Института истории, археологии и этнографии Дальневосточного федерального университета – который считается сейчас самым новым, продвинутым и современным вузом России.

[Spoiler (click to open)]

Комплекс ДВФУ был построен к саммиту стран Азиатского Тихоокеанского экономического сотрудничества, который проходил на его территории в 2012 году. Университет расположен на острое Русский, к которому ведет огромный новый мост над морским проливом, и впечатляет масштабами, современным дизайном и прекрасной технической оснащенностью. Возле кампусов разбит прекрасный лесопарк с wi-fi, который спускается к морской набережной, где текут по скалам искусственные водопады. Согласно официальным данным, сейчас в университете учатся и работают более 40 тысяч студентов, аспирантов, докторантов и учащихся всех форм обучения из разных стран мира. Здесь даже есть внутренняя автобусная линия – по сути, это автономный научный городок, расположенный прямо у моря, среди природы и исторических достопримечательностей дальневосточного острова.

Именно этот сверхсовременный, «космический» ДВФУ является сейчас центром изучения истории украинской миграции в Приморье, и в конце 2014 года, уже после начала печальной известных событий в Киеве, Одессе и на Донбассе, здесь вышла в печать посвященная этой теме книга – сборник подготовленных на конференции научных докладов об истории переселенцев, который пока не имеет аналогов в самой Украине.

Беглецы от Майдана

Майдан и украинская война шокировали украинскую общину Приморья – но не раскололи ее на части по идеологическому и политическому признаку. А главное, эти события никак не повлияли на отношение к потомкам переселенцев из Украины, которая вдруг стала позиционировать себя в качестве извечного и непримиримого врага соседней страны. Несмотря на то, что в ней проживают и работают миллионы этнических украинцев.

– Я не мог поверить, что это происходит по настоящему, – рассказывает Александр Савченко. – Даже когда все происходило в Киеве, когда войны вроде бы не было, а была ненависть к тем, кого называли «москалями». То есть, к таким людям, как я, как все наши приморские украинцы. До сих пор не понятно, как этих людей так настроили? Я ведь общался с националистами в «Одноклассниках» и «Контактике». Больше всего убивало то, что они считали нас зомбированными «ватниками», хотя сами были похожи на зомби. Я, конечно, не собираюсь отрекаться из-за этого от своих предков и их культуры, но с этими я ничего общего иметь не хочу. Для нас Украина – это Тарас Шевченко, для них – Бандера.

Еще хуже пришлось тем, кто переехал сюда недавно, у кого на Украине родственники живут. У меня друг сутками ругался по скайпу со своим двоюродным братом, и уже два года они не разговаривают. Причем, тут, у нас, никто к украинцам хуже относиться не стал. Ни одного кривого слова мы из-за майдана за спиной не слышали. Меня, конечно, друзья пару раз потроллили из-за того, что я однофамилец Надежды Савченко. Но это только по приколу. Хотя теперь же она тоже агентом Путина оказалась.

По иронии судьбы, после Майдана история Приморья по-своему повторилась – последние три года сюда направляется новый поток переселенцев из Украины. «Нам просто повезло, что к нам едут украинские беженцы. Это самые желанные для нас мигранты. Мы должны принять их как самых дорогих родственников. Ведь именно украинцы осваивали в прошлом веке наше Приморье», – говорит об этом известный правозащитник Сергей Пушкарев, руководитель Консультационного центра по вопросам миграции который сам происходит из переселенческой семьи. На этот раз, на Дальний Восток едут беженцы из зоны военных действий или жители других украинских регионов, которые также решили покинуть родина. Новая концепция миграционной политики, одобренная российскими властями в 2016 году, специально предусматривает «обеспечение миграционного потока на территорию Дальнего Востока и Байкальского региона России». С этой целью, планируется создание необходимой инфраструктуры для размещения переселенцев, которым планируют упростить допуск к образовательным, медицинским и социальным услугам.

На практике судьба новой волны украинцев складывалась в Приморье очень по-разному.  Для беженцев организовали горячую телефонную линию, обеспечили их жильем и питанием, с ними активно работали местные социальные службы. Переселенцам также предоставили подъемные и временное жилье. Однако, многие жаловались на бюрократическую волокиту в оформлении документов, дороговизну съемного жилья и низкую по сравнению с местными жителями зарплату. Однако, число прибывших из Украины растет. По стечению обстоятельств, среди них достаточно много луганчан – так, в частности, более тридцати работников Луганского тепловозостроительного завода устроились на местный локомотиворемонтный завод. В Уссурийской центральной городской больнице уже работают четыре доктора из Украины – два хирурга, невролог и акушер-гинеколог. А всего в Приморье приехало и трудоустроилось до сорока украинских медработников. В целом на сегодня власти Приморья отчитались про трудоустройство 70% приехавших после начала войны украинцев. Причем, им деятельно помогают местные украинские организации.

– Мы активно включились в процесс приема украинских граждан, вынужденно покинувших территорию восточной Украины. Благодаря сотрудничеству с уполномоченным по правам человека было бесплатно переведено и нотариально заверено около 5 тысяч документов для украинских беженцев. Для детей и взрослых организуются экскурсии, походы на концерты, в зоопарк, музеи. Беженцам и переселенцам предоставляется консультативная помощь, если она им требуется, – рассказывает руководитель Приморского центра украинской культуры Татьяна Ткаченко.

– Через наши руки прошли практически все, кому нужна была помощь, больше 3000 человек. Мы работали по сбору материальной помощи, оказанию помощи в оформлении документов для предоставления им временного убежища, либо вступления в программу добровольного переселения, либо получения разрешения на временное проживание. Организовывали переводы, нотариальную заверку документов. В этом я выражаю большую благодарность нотариусам, которые участвовали в этой работе. Отдельную благодарность выражаю Татьяне Владимировне Ткаченко – руководителю Центра украинской культуры. Мы с ней тогда были членами Общественной палаты и активно в этом направлении работали. Практически ни одна бизнес-структура, ни один работодатель, предприниматель, к которому мы обращались за помощью, не отказал нам. Это была удивительная самоотдача, которая подтвердила положительные качества наших дальневосточников. Я сейчас вспоминаю о том времени с чувством удовлетворения и гордости за нас, приморцев, что мы смогли так отреагировать на беду этих людей. Конечно, часть из них уехала, но большая часть осталась в Приморье. «Российская газета» распространила номер моего телефона и мне поступали звонки из Мариуполя, Горловки, Донецка. Людей, которых я проконсультировал, впоследствии переехали в край, быстро обосновались и устроились здесь. Мы до сих пор переписываемся, перезваниваемся с ними», – рассказывает Сергей Пушкарев.

Впрочем, личные впечатления всегда важнее комментариев и статистики. Во Владивостоке я повстречал семейную пару киевских юристов, с которыми мы были знакомы еще до Евромайдана. В 2015 году они подали заявление на участие в действующей в России «Программе переселения соотечественников» – причем, сделали это по причинам, не связанным с политическими событиями в стране. Уже через два месяца этим людям предоставили авиабилеты и подъемные – оплатив перелет всей семье, включая двоих детей. Прибыв на Дальний Восток в начале прошлого года, эти киевляне уже успели получить российское гражданство и работают по специальности, активно занимаясь туристическими походами на острова и в тайгу.

Эта история кажется невероятной на фоне мытарств многих других украинцев, которые годами безуспешно пытаются получить вид на жительство или российские паспорта в европейской части страны. Однако, она показывает, что на сегодня Москва действительно старается стимулировать миграцию в Приморье, относя украинцев к предпочтительным категориям переселенцев.  А это значит, что их количество, скорее всего, будет расти и дальше, пополняя ряды диаспоры, вливая в нее новую кровь. И приток таких людей, очевидно, не добавит в Приморье симпатий к украинской националистической пропаганде.

«Другая Украина»

Однако, националистический украинский проект и без того является для потомков переселенцев каким-то далеким, фантастическим миром-наизнанку – что-то вроде плохой сказки, в которую не хочется верить. Их Украина совсем другая – ее можно видеть на старых фотографиях из семейных альбомов. Там запечатлены первые поколения приморцев – в старомодных костюмах и вышитых украинских платках.  Эти люди сохранили любовь к своей исторической родине, и передали ее потомству, вместе со старыми песнями и ветхими книжечками «Кобзаря». Но, вместе с тем, они воспитывали своих детей и внуков в любви и уважении к дальневосточной стране, которая стала для них новым домом, и осталась им после распада СССР, когда далекая Украина внезапно стала заграницей – причем, не очень доброжелательно настроенной к своим российским соседям.

Именно поэтому развитие украинской культуры, которое продолжается сегодня на востоке России, не сопровождается развитием украинского сепаратизма и не ставит под угрозу межнациональные отношения в огромном таежном крае. Напротив – поддержка развития национальной культуры и исследований в области исторической памяти, практически не оставляет возможности для распространения националистических настроений. Ведь они всегда питаются унижением  и обидой, ущемлением прав и оскорблением национальных чувств. И эта здесь важно заметить, что такая политика, которая очевидно дает свои положительные результаты, резко контрастирует с национальной политикой украинских властей. Они идут другим путем, ограничивая право на культурное развитие русскоязычных регионов, и углубляя этим глубокий общественный раскол, который уже стоил Украине кровавой войны.

Украинская община в Приморье служит своеобразной исторической альтернативой этой безумной стратегии межэтнической конфронтации и националистического психоза – пускай даже только на своем, сугубо локальном микроуровне. «Гражданские активисты» в Киеве ломают памятники своим дедам и прадедам, ломают свою страну – а украинцы дальневосточного села Покровка создали инициативную группу, которая, с помощью подписных листов, собрала 3 миллиона рублей на памятник украинским переселенцам, – при содействии депутата окружного Законодательного собрания Сергея Сопчука. При этом, они разбили в поселке новый парк с детскими аттракционами, отреставрировали центральную улицу. И теперь это украинское село вблизи китайской границы куда больше походит на далекую отсюда Европу, чем расположенные рядом с Польшей села Волыни – где, все, кто не уехал на заработки, режут лес, моют янтарь или промышляют сигаретной контрабандой.

Наверное, это главный, и самый актуальный сегодня урок из более чем столетней истории далекой «Закитайщины».


Источник


Tags: россия, украина
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su Жовтень 18, 16:50 10
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments