varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Как создавалась украинская автокефальная самосвятская церковь


Спикер Верховной Рады Андрей Парубий заявил:

«Сегодняшним обращением мы можем приблизить исторический день, когда будет провозглашена единая поместная украинская православная церковь. Мы восстанавливаем историческую справедливость, поскольку, согласно церковным канонам, каждое независимое государство имеет право на свою церковь. Символично, что в этом году исполняется сто лет со времени созыва Всеукраинского церковного собора, который выступил за создание независимой от Московского патриархата УПЦ. Тогда работа собора была прервана наступлением российско-большевистских сил на Киев. И сегодня у нас тот же самый враг, который пытается диктовать нам нашу историю».  Я напомню, что на самом деле происходило во время Всеукраинского церковного собора 1918 года
Писать о Первом Всеукраинском Церковном Соборе довольно сложно, ибо оригинальных его документов почти не сохранилось. Материалы 1 сессии были полностью уничтожены во время взятия Киева Муравьевым. Единственный источник – мемуары со свойственной им субъективностью и фактическими ошибками. Нынешняя историография, которые пишут «национально озабоченные», старательно обходит молчанием неудобные для них моменты. Один ультрапатриотический автор уже припечатал Собор 1918 года штампом «антиукраинского». Итак, мы становимся свидетелями того, как вместо прежних «белых пятен истории» появляются новые. Попробуем все же закрасить одно из них.

Революционные события 1917 задели своим крылом и церковь. В водовороте съездов, конгрессов и собраний весной промелькнули епархиальные съезды – Киевский, Подольский, Полтавский – на которых прозвучали требования созыва Всеукраинского собора, украинизации богослужения и т.д. – обычная обойма «национального возрождения». Комиссию по созыву возглавил епископ Уманский Дмитрий Вербицкий. Следует заметить, что церковь, как всегда, выступала в основном как консервативная сила. «Украинофилы» были здесь в меньшинстве и представлялись чаще не духовными лицами, а мирянами. Например, требование автокефалии впервые озвучил националист Мыкола Михновский на вече у Св. Софии в апреле 1917. Митрополит Киевский Владимир (Богоявленский) как первенствующий член Св. Синода в июне отклонил просьбу Комиссии о созыве Всеукраинского Собора, после чего Дмитрий подал в отставку. Но активное украинофильское меньшинство заявляло о себе все громче – тогда же на Первом Всероссийском съезде духовенства и мирян представители 10 украинских епархий огласили декларацию с требованием дарования Украинской православной церкви статуса автокефальной. Радикализация украинцев, их неприкрытое стремление оттеснить старых архиереев вызывали логическое поправение духовенства. Попытки мирян прибрать к рукам церковное управление (церковные двадцатки, советы) в теологическом плане можно охарактеризовать как привнесение протестантских тенденций. А на практике это было массовое увольнение «консервативных» священников и епископов. Большевистские методы украинофилов оттолкнули и церковные массы - уже летом 1917 епархиальные съезды (Черниговский, Харьковский, Одесский) начали играть отбой украинизации богослужения. Лидер консервативного большинства митрополит Владимир, несмотря на давление украинофилов и Временного правительства, отказался утвердить Киевскую епархиальную раду, избранную апрельским съездом, и резко выступил против самостийников: «Для нас страшно даже слышать, когда говорят об отделении юго-российской церкви от единой Православной Российской Церкви… Не совместно ли мы созидали единую великую Православную Российскую Церковь?.. К чему же стремление к отделению?». Прорусская направленность наблюдалась даже на Западе: Почаевский собор на Волыни «стал убежищем и твердыней антиукраинцев» (по выражению эмигрантского историка И.Дубилко).

В июле Комиссия выпустила Обращение, в котором Всеукраинский Собор назначался на 12 августа, но созыв был запрещен премьер-министром Керенским (по другим сведениям, обер-прокурором Синода Л.Карташевым) в связи с открытием 15 (28) августа Всероссийского Собора. На нем верх одержали консерваторы, утвердившие решение о восстановлении патриаршества («демократы» отстаивали синодальную форму управления).

Следующий виток – осень. Прошедшие в Киеве военные украинские съезды с солдафонской прямотой потребовали немедленного созыва Собора и отделения Украинской церкви от Российской. Комитеты военных священников, объединившись в ноябре с оргкомитетом по созыву Собора, образовали временную Всеукраинскую Православную Церковную Раду (ВПЦР). Председателем её стал капеллан Александр Марычев, а почетным главой согласился стать бывший владыка Владимирский, снятый за связи с Распутиным, заштатный архиепископ Алексий (Дородницын). Интересное совпадение – когда 72 года спустя, в Украине опять началась «автокефализация», её тоже возглавил заштатный епископ РПЦ, бывший владыка Житомирский Иоанн (Бондарчук). Схожи и их дальнейшие судьбы - раскаяние в украинофильских заблуждениях, серьезные намерения вернуться в лоно материнской церкви и внезапная смерть при неясных обстоятельствах.

ВПЦР и новосоздаваемые братства стали основными толкачами автокефалии. В первом же постановлении исполкома говорилось: «…§2, ВВПЦР продолжает деятельность Оргкомитета Церковного Собора…§6. Все её представители должны быть по происхождению и по убеждению украинцами… §11.Владыке Алексию как голове Рады воспретить выезжать из Киева, а также занимать предложенные ему Москвой места». Вместо Алексия в Москву отправилась делегация во главе с Марычевым. Новоизбранный патриарх Тихон не стал спорить, благословил на открытие Собора и послал на него митрополита Платона (Рожественского) своим представителем. Обнадеженные самостийники перешли в наступление. Слово митрополиту Владимиру: «9 сего декабря 1917 по поручению будто бы Центр.Рады заявились ко мне комиссия во главе с назвавшим себя председателем укр. церковной рады свящ. о. Маричевым». Самостийники предложили митрополиту уехать из Киева. «Желая иметь письменное заявление об этом, я позвал секретаря и предложил ему записать это требование депутатов и чтобы последние подписались под ним, но они категорически отказались от этого». Потом еще явились член ВПЦР Фоменко и полковник Цивчинский, предложили Владимиру патриаршество в УПЦ и попросили на это сто тысяч руб. из епархальной кассы. Владимир отказал, после чего полковник стал угрожать «шаблюкою», но был удален сбежавшейся братией. Вскоре ВПЦР объявила себя руководящим органом церкви и запретила поминать в богослужении российских иерархов. Но попытки добиться поддержки и признания у светской власти провалились: просоциалистическая Центральная Рада категорически отказалась учреждать «ведомство духовных дел», напомнив, что «религия должна быть частной сферой жизни». Глава правительства Винниченко «ногами и руками сопротивлялся, я, говорил, социалист и никакой церкви принципиально не признаю», а голова ЦР Грушевский сказал только «Обойдемся без попов!».

Накануне Собора совещание украинских епископов за непослушание (помните §11 постановления ВПЦР?) лишило Алексия епископского сана. Первая сессия Собора открылась 7(20) января 1918, хотя кворума еще не было (прибыло 279 делегатов из 400). Владимира избрали почетным председателем, епископа Балтского Пимена (Пегова) с трудом провели в председатели через 4 дня. Собор проходил под сильным нажимом украинофилов, под митинговые выкрики с мест: «Долой Москву!», «Освободимся от московского гнета!». Комиссар Центральной Рады Карпинский прямо заявил: «Мы не допустим московской гвардии в нашей церкви… перед вами только один путь – дать УПЦ автокефалию». Доцент Огиенко (будущий митрополит-автокефал Иларион) требовал «немедленной дерусификации церкви». Бывшие члены ВПЦР, распущенной в день созыва Собора (Марычев и Ко) требовали избрания новой ВЦР, но это предложение было благополучно провалено 94 голосами против 42. Никаких конкретных решений принято не было – к Киеву подходили большевики. Фактически Собор закрылся явочным порядком уже 19 января – делегаты разбегались, добивая слабый кворум. Как признает В. Ульяновский, «фактично для української частини Собору справа була програна... Як не парадоксально, саме більшовицькі війська забезпечили зрив роботи Собору й провал плану автокефалістів. Російські церковні кола, попри всю недоброзичливість до більшовиків, вважали що вони врятували церкву от розвалу й загрози автокефалії»

Трагично закончилась жизнь митрополита Владимира – в ночь на 26 января он был убит в Лавре отрядом неустановленной принадлежности. В нынешнем антикоммунистическом разгуле вовсю раскручивается версия, что это были большевики («Муравьевская резня»). Однако, если учесть твердую антисамостийническую позицию владыки, правдоподобно выглядит и другая версия – что это были украинские гайдамаки. После возвращения Центральной Рады в Киев в немецком обозе церковно-государственные связи несколько оживились. Но новосозданный Департамент исповеданий не добился заметных успехов, ибо его глава не вызывал у духовенства доверия. Это был бывший Красноярский епископ Никон, который после февральской революции сложил сан и став гражданином Никитой Бессоновым, женился на своей бывшей любовнице, из-за которой в свое время ему запретили выезжать за пределы епархии.
 (Про расследование обстояткльств мученической кончины митрополита Владимира здесь https://tekstus.livejournal.com/732193.html)

Свежеизбранный гетман Скоропадский 29 апреля 1918 г. был помазан «на царство» епископом Никодимом в Софийском соборе, а 19 мая Киевским митрополитом был избран Антоний (Храповицкий), который еще в 1917 году на просьбу об украинском богослужении наложил резолюцию: «Все великие народы молятся не на том языке, на котором они говорят на базаре. Малороссы не понимают Евангелия на украинском и не признают его, даже если им его подарить». Гетману-украинизатору это не понравилось, он не признал выборов и настоял на возобновлении работы Собора. Но русофилы для противостояния ВПЦР создали «тайный совет» (по 1 священнику и 1 мирянину от всех епархий), который в день открытия 2 сессии 20 июня, несмотря на давление министра Зеньковского добился лишения мандатов 44 делегатов от ВПЦР как «самочинного органа» (198 «за», 107 «против», 9 «воздержалось»). Антоний был избран почетным председателем Собора и утвержден митрополитом (213 против 128). Было принято «Положение о высшем церковном управлении», закрепившее каноническую связь УПЦ с Москвой и обязательность для Украины всех решений Поместного Всероссийского Собора и Патриарха Московского. Сессия завершилась 11 июля. Гетман смирился, но 5 августа отправил цидулку к патриарху Тихону с просьбой считать Положение только временным, переходным документом. Намек не поняли. 20 сентября «Положение» было утверждено Всероссийским собором с ограничением автономии. Тем временем министром вероисповеданий стал ярый самостийник Александр Лотоцкий. На осенней сессии Собора (28 октября – 14 декабря) он заявил: «В самостийной державе должна быть самостийная церковь. Этого требуют интересы и державы, и церкви. Никакое правительство не может согласиться, чтобы центр церковной власти находился в другом государстве… Автокефалия УПЦ не только церковная, но и национальная необходимость. Это главная потребность нашей Церкви, нашей Державы, нашей нации». Как видим, у Филарета и Ко было достаточно предшественников. Однако и этот натиск самостийников оказался безуспешным: большинство Собора выступило за сохранение автономии против автокефалии. А вскоре кресло гетмана зашаталось, он начал искать союзников в прорусских слоях и сместил Лотоцкого. Епископ Волынский Евлогий (Георгиевский) высказался так: «Пал министр – пала и автокефалия, будем теперь спокойно заниматься делами». Украинствующие делегаты Собора были от этих слов вне себя.

Начавшееся вскоре антигетманское восстание Собор осудил, назвав петлюровцев «бандитами». Последствия не заставили себя ждать: после взятия Киева сечевые стрельцы в ночь на 18 декабря арестовали митрополита Антония, архиепископа Евлогия, иеродиакона Никона и других. Австрийский полковник Коновалец, командир сечевиков, умел расстреливать белых офицеров не хуже большевиков, он собирался проделать это и с православными иерархами. Но Лотоцкий отговорил его от затеи: «Не надо окружать этих лиц ореолом мученичества» (об этом мы узнаем из мемуаров самого Лотоцкого). Антоний, Евлогий и Киевский викарий епископ Никодим были сосланы в униатский монастырь в Бучаче (Галиция). А 19 декабря Екатеринославский епископ Агапит (Вишневский), один из трех, не подписавших соборное осуждение, приветствовал в Киеве Петлюру и правительство Директории. Отметим, что не все владыки так быстро перестроились: в промежутке между этими событиями они собрались в Лавре и присягнули защищать решения Собора, покоряться только Патриарху Московскому Тихону, а в случае смерти – его законному наследнику митрополиту Антонию. На тех же, кто будет противиться или созовет самостийный Собор, налагалось «прещение» (духовные лишались сана, миряне отлучались от церкви). Постановление подписали Дионисий Кременецкий, Пантелеймон Двинский, Варлаам Гомельский, Аполлинарий Рыльский, Пахомий Черниговский, Прокопий Елисаветградский, Димитриан Лаврский – всего 20 человек.

Начинался новый виток насаждения автокефалии. Директория, убедившись в полной бесперспективности канонического церковного ее достижения, перешла к прямому административному давлению, пиком которого стал указ от 1.1.1919 об автокефалии УПЦ.

В целом Собор показал провал самостийников-автокефалистов, их безавторитетность и слабость среди духовенства. Подавляющее большинство церковников крепко держалось за союз с Россией, господствовали консервативно-общерусские настроения. Самостийники могли рассчитывать на какой-то эффект лишь при поддержке светских властей. Не отсюда ли пошла крепкая связка политических и церковных раскольников, которую ныне воплотили Филарет и Кравчук?

------------------------------------------------------------------------По этому поводу стоит напомнить КАК возникла так называемая УАПЦ, "созданная" в 1921 году. И что создавалась она для последующей унии с Ватиканом:

Бывший премьер-министр Директории Владимир Чеховский рассказывал о создании УАПЦ:"Во время моего пребывания на посту премьер-министра правительства Директории, - вспоминал он, - церковные дела не входили непосредственно в мою компетенцию, но этим делам я лично уделял много внимания.

В Директории и в ее правительстве не было разногласий в том, как решить церковную проблему на Украине. Все сходились на том, что нам необходимо сделать церковь автокефальной. Однако в этом вопросе мы натолкнулись на большое сопротивление православных епископов Украины. В 1918 году собор епископов Украины категорически высказался против автокефалии украинской православной церкви, заявив о своей верности новоизбранному всероссийскому патриарху. Учитывая это, правительство Директории решило ввести автокефалию государственным законом. Государственный акт об автокефалии мы объявили в Киеве 1 января 1919 года, отметив, что украинская автокефальная церковь с ее духовной иерархией ни в какой зависимости от патриарха всея Руси не стоит. Но православные епископы Украины игнорировали государственный акт об автокефалии. В этой связи в правительственных кругах Директории у кое-кого возникла идея создания украинского патриархата с призванием на патриаршество львовского митрополита Шептицкого. Само собой, в сущности, речь шла о введении унии, но слово уния как-то выпадало у тех, кто отстаивал идею создания украинского патриархата во главе с Шептицким.
А отстаивали эту идею наши братья галичане — правительственные представители ЗУНР, которых со времени договора в Фастове приехало в Киев много. Особенно отметился в этом галицкий деятель Лонгин Цегельский, который после воссоединения ЗУНР и УНР вошел в правительство Директории как заместитель министра иностранных дел.."

Этот самый Лонгин Цегельский, который в свое время работал в созданном австрийской разведкой "Союзе освобождения Украины", в своем панегирике Шептицкому, изданном в 1937 году в Филадельфии, сделал ценное признание: "Українські державні провідники думали над введенням унії згори, з уряду, по всій Україні та над покликанням митрополита Андрія на патріарха всієї України. Унією вони думали раз і назавжди відгородити Україну від Москви й азійства, наблизити її до Заходу і до його культури".

Это же Цегельский повторяет в оде Шептицкому «Український патріарх». Здесь Цегельський приводит запись своего разговора с главой Директорії, который состоялся 19 декабря 1918 года. Вот отрывок из этого диалога:

"А що там поробляє Ваш Шептицький? — звернув Винниченко нагло на іншу тему.

Я розповів, що митрополита Шептицького інтернували поляки в св. Юрі.
— Ми його визволимо,— зареагував Винниченко. Я чекав на те, як собі Винниченко уявляє це визволення, але він був настільки реальний, що волів на цю тему мовчати.

— Біда,— продовжував по хвилі Винниченко,— що ми не маємо такої людини, як Шептицький, щоб поставити її на чолі української православної церкви. Є владика Платон у Сибіру, щирий українець, але, мабуть, оженився з якоюсь учителькою. Та є ще Димитрій у Чернігові. Також щира українська душа, але надто любить вихилити лишню чарку. А що ви сказали б на те, якби ми забрали Шептицького до Києва на митрополита всієї України?
— Шептицький на православного митрополита не піде,— відказав я.
— На якого там православного! ...Очевидно, що на уніатського. Православ'я скасуємо. Це ж воно нас завело під царя
східного, православного, то воно проводило обмосковлення України. Православ'я завжди буде гравітувати до Москви. Ваша унія добра для відрізнення і від Польщі і від Москви. Уніат із природи стає українцем. Скличемо синод єпіскопів, архімандритів та представників мирян з України і порадимо їм прийняти унію, а Шептицького поставимо на чоло. Ще й порозуміємося з Римом, щоб його зробив патріархом України. Чи не добре це звучить?.. Ви думаєте — я жартую?..

У душі я радів цьому планові,— продолжает Цегельский,— та все-таки висловив побоювання щодо труднощів із православним духовенством та з протиуніатським наставленням, створеним і культивованим Москвою.
Єрунда!— гарячився Винниченко.—Це — революція, і все старе ломиться. А хто незгідний, нехай посміє... Заарештуємо яких два-три десятки заїлих старозаконників, збавимо парафії і хліба цього чи того, то решта присяде. А український сантимент доконає решти. Відгородимо Україну муром унії від Москви раз назавжди
"

Комментарии здесь, как говорится, излишни.

-------------------------------------------
Как образовались самосвяты:

Церковный голос Украинского Киевского собора все это предрешил голосованием за разгон «рады» и единство с Московской Патриархией. Что прошло через головы соборян, то пережила и вся Украина.

Вторым печальным наследием от «щирой рады» остались так называемые самосвяты, имеющие прямую связь с собором.
   Когда мы выгнали «раду», она решила продолжать свое бешеное неистовство. Отказавшись от делегирования трех, члены «рады» решили создать собственную «незалежну» (независимую) Церковь. Для этого обычно в истории подыскивались два-три, а в крайнем случае один архиерей-предатель, который рукополагал отщепенцам нового епископа. Итак, новая Церковь. Без архиерея не может быть Церкви, таков церковный закон. Без архиерея нельзя ставить и новых священников.
   Члены «рады» обратились к одному-другому из православных архиереев с подобной целью — возглавить «незалежну» украинскую Церковь. Были архиереи, украинцы родом: Димитрий Уманский, Парфений Тульский, Агапит Екатеринославский. Но они не согласились ни сами стать, ни другого поставить им в архиереи. Что же тогда делают эти отчаянные головорезы, у которых нет ни страха Божия, ни стыда перед людьми? Они собирают своих священников в Софийском соборе, делают из них живую цепь. Около престола ставят на колени того самого Василя Липкивьского,  о котором говорилось выше, при описании состава «рады». Последний из длинной цепи дерзко берет за руку святого митрополита Макария, мощи которого лежали в правом приделе собора с XV века, а священник, рядом стоявший с Василем, возлагает на него свою руку, как это делают архиереи при рукоположении нового епископа. И провозгласили: «Аксиос» («достоин»).

   Так мертвый рукоположил живого.
   Подобного кощунства еще не знала церковная история, чтобы попы произвели архиерея, да еще использовав беззащитное тело мертвого. Потому их и прозвали «самосвяты», то есть сами себя посвятившие в архиереи.
   Ну, а потом Василий посвятил уже новых архиереев. Среди них в Америке теперь действует
Иоанн Теодорович, проживающий в Филадельфии. Он «накропил» массу «иереев», особенно в Канаде, где живет много галичан, буковинцев, украинцев. Так злое дело давало все новые и новые плоды; от репейника не растут смоквы, сказал Господь в Евангелии. Уже из того, как начинала «рада» свое дело в Киеве, можно было ждать от нее всего! Им ведь прежде всего нужна политическая идея об украинской «незалежности», ради нее они готовы и родного отца продать, а не только веру и Церковь.

   Советская власть сначала отнеслась к «щирой» Церкви равнодушно, думая, что тут лишь поповская ссора. Но скоро она поняла, что дело не так-то невинно. Эти самостийники продолжали вести свою национально-шовинистическую подрывную работу на Украине и при Советах. Их деятельность грозила (в случае успеха) разжигать идею обособления Украины от Советского Союза, ради какового отделения и явилась вся эта безбожная затея. Поэтому большевики арестовали Липковского и куда-то посадили под арест. Были слухи, что он умер. Но плоды его существуют еще не только в Америке, но и на Украине. Впрочем, это движение и там слабое. Народ в массе остался в единстве со своей Церковью, как и решил он сам в Киеве в 1918 году. Но что озорникам-революционерам собор? Что им и народ? Ведь они признают народ лишь тогда, когда он исполняет их партийную волю! А «до Бога высоко»! Есть среди них и прямые безбожники. Я это знаю по Америке.


Tags: история, история украины, православие, революция, революция на украине
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su февраль 18, 2019 14:57 28
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments