Свидомит

Разведчик "Азова" плакал и мочился под себя в плену чтобы поверили, что он боится

Разведчик "Азова" Максим Ярош в плену плакал и мочился под себя чтобы ополченцы поверили, что он боится.

До Майдана не знал, не видел и не понимал Украину. 28 ноября 2013-го на центральной площади Кривого Рога собрались три сотни людей с вещами, "тормозками". Хотели устроить свой Майдан. Чуть позже подъехали три автобуса с тітушками. Окружили протестующих. Тогдашний вице-премьер Александр Вилкул сказал – кого заметят на протестах, закатают в асфальт. Народ разошелся по домам.

После избиения студентов 30 ноября решил поехать в Киев. В поезде было опасно, поэтому двинулся автобусом – с продавцами. Чтобы не было проблем на въездах в город, залез в большую сумку, свернулся калачиком.

На Майдане было трудно. Но там родился мой патриотизм. Разговоры, молитвы, звуки барабанов перевернули сознание. Почувствовал, что такое украинский дух. В детдоме нас каждый год 9 мая одевали в белые рубашки, красные галстуки и заставляли смотреть российские парады. Учителя говорили, что запорожские казаки – преступники и бандиты.

В палатке партии "Свобода" встретил одногруппника из детдома Максима Худана на позывной "Севастополь". Он запросил у разведки Майдана. В детдоме научился хитрить, чтобы избегать наказания. Это пригодилось. "Внедрялся" в тітушок. За три дня меня взяли в Мариинский парк. Варил кашу и узнавал их планы. Сбрасывал нашим эсэмэски. При входе в парк сидели бывалые зэки из Донецка. Сразу могли определить, кто настоящий гопник, а кто – засланный казачок. Должен разговаривать, как тітушки, имитировать наркомана, даже драться с протестующими.


Максим ЯРОШ 34 года, бывший разведчик полка "Азов". Родился 21 сентября 1981-го в городе Кривой Рог на Днепропетровщине. Родители сдали его в детский дом, не помнит их. В школе нравились математика и физкультура. По поведению имел "неуд", он закончил только шесть классов, среднее образование так и не получил. "Отправляли в психиатрическую больницу и в милицию. Из-за этого теперь не могу поступить в университет и найти нормальную работу". С детства хотел стать детективом или поваром. На Майдане в Киеве был разведчиком. Раненый во время столкновений на улице Грушевского 19 февраля 2014 года.Весной поступил в разведки полка “Азов”. За все время службы не сделал ни одного выстрела. Около двух недель был в плену. Во время обстрела получил контузию. В Шевченковском райсуде Киева свидетельствовал в деле против работницы "Министерства госбезопасности" ДНР 47-летней гражданки России Ларисы Чубарової на позывной "Тереза". На суде по делу бывшего главы киевского управления Службы безопасности Александра Щеголєва облил зеленкой подсудимого и его адвоката. Щеголєва подозревали в причастности к организации убийств на Майдане (Щеголев под арестом до 12 августа. Суд продолжается. – Страна). Живет в Киеве.Работал поваром в кафе. Уволили, когда узнали о запись из психиатрической больницы. Холост. Детей не имеет

19 февраля на улице Грушевского получил осколочное ранение в спину. "Беркутовцы" бросали гранаты и в воздухе стреляли по ним дробью. Передо мной стоял мужчина, на вид, лет 40. Ему осколки посекли лицо и живот, забрали в госпиталь. Тогда погибли семеро моих друзей.

Когда Россия забрала Крым и начались военные действия на Донбассе, хотел вступить в Нацгвардию. Не взяли из-за проблемы с милицией. В апреле 2014-го со мной связался "Севастополь". Предложил вступить в разведку батальона "Азов". Сразу согласился. Официально меня не оформляли.

В начале мая послали на базу "Азова" в Мариуполе. Таскал мешки, помогал строить баррикады, стряпал. Думал, в разведчики берут крепких мужиков. Был удивлен, когда данные приносили бабушки, школьники, инвалиды. Учился шифрованию, незаметно подавать знак и получать информацию. За две недели отправился в первый боевой выход.

Во время вылазок на позиции противника вспоминал самые страшные моменты из детства. Понимал, что тогда было хуже, а сейчас могут только убить. Добывал информацию о количестве и расположении вражеских групп. На боевые задания ходил с пистолетом и шестью гранатами. За все время не сделал ни одного выстрела. Использовать оружие разрешали только в крайнем случае. Одну гранату берег для себя.

В середине июня "Севастополь" сказал, что я хорошо справляюсь. Дал задание попасть в Свято-Успенский монастырь в районе города Угледар Донецкой области. Говорит, там переодетые священниками люди удерживают украинских патриотов и пленных. Через монастырь налажена поставка оружия. Надо узнать количество боевиков, кто привозит оружие и что делают с пленными. Машиной довезли до крайнего украинского блокпоста. До монастыря добирался на попутках. По легенде я – сирота, ненавижу Украину. Познакомился с батюшкой, на вид, лет 40, имел татуировки иероглифа на шее.Он взял меня разнорабочим.

На территории монастыря изготавливали гробы и отправляли в ДНР. В погребах сидели до 15 местных, которые были недовольны сепаратистами. Как-то к церкви подъехали несколько микроавтобусов. Нужно было скачать гроба и отвезти в район Марьинки. Позвали меня и еще нескольких. В дороге на гривны записывал ориентиры и номера машин. Не заметил, как заехали на большой блокпост сепаратистов без опознавательных знаков и флагов. Люди рыли окопы. Снова рассказал свою легенду. Летний очередной вроде бы поверил. Но еще раз осмотрел с ног до головы: "Ты подозрительный. Останешься до выяснения обстоятельств".За несколько часов отвезли в бывшее отделение милиции Марьинки. Там боевик Бизон посмотрел в глаза: "Это – засланный казачок". Меня избили. Бизон сказал: "Пять дней не кормить и не поить, сам все расскажет".

Посадили в гараж. Взяли отпечатки пальцев. До тех пор никто даже имени не спросил. Перед выходом на задание говорили, что среди боевиков много бывших милиционеров и Сбушников. Понял, что будут пробивать по базе, поэтому лучше назвать настоящее имя. Обрадовались: поймали главу "Правого сектора"! Начали фотографироваться. Сказал, что я – не тот, за кого принимают. Боевики бросали под ноги учебные гранаты и смотрели на реакцию. Я плакал и ходил под себя в туалет – чтобы поверили, что боюсь. Смотрели на пальцы и плечи. У стрельцов на пальцах – мозоли, а на плечах – след от ремня автомата.Расспрашивали о планах командования. Призывали покаяться и перейти на сторону ДНР.

Рядом держали пленных украинских солдат. Из них издевались, били. Если находили патриотическое тату, ножом вырезали. Я сидел у двери и в щель видел все.

За несколько дней на базу приехала женщина на позывной "Тереза". Из гаража с местными вытащила избитого пацана, лет 6-7. Говорила, что ей жалко ребенка. Забрала якобы на лечение. Когда вернули обратно, было видно, что малого пытали. Вырвали зуб. "Тереза" била по голове и в живот женщину из Донбасса. Считала ее украинской шпионкой. Заставляла переписать на нее квартиру и машину.

В 20-х числах июня наша артиллерия начала обстреливать позиции сепаратистов возле Марьинки. На базу прибежала разъяренная "Тереза". Требовала, чтобы пленные присоединились к боевикам. Била ногой и рукояткой пистолета. Увидела у одного тату "Правого сектора", а на другом – форму Вооруженных сил Украины. Сказала, чтобы караульный расстрелял их. Тот отказался, потому что не было приказа коменданта. "Тереза" двумя выстрелами убила одного, тремя – другого.

Подошла ко мне и предложила сотрудничать. Я стоял на коленях, руки связаны за спиной, начал плакать и умолял не убивать. Говорит: "Поменяй фамилию, не позорься"! И ударил ботинком по голове.

Обстрел усилился. Меня, как "родственника" Дмитрия Яроша, запихнули в багажник синих "Жигулей" – чтобы обменять на сепаратистов. Но потом кто-то вытащил и сказал, что здесь будут лежать патроны. Встретил одного из организаторов антимайдану в Киеве. Он сделал вид, что не узнал. Дал пинка и сказал, чтобы больше меня здесь не видел.

Пошел в сторону Украины. Уже была паника, никто не заметил, что я исчез. Пробирался кукурузными полями. Услышал свист и несколько сильных взрывов. Упал на землю и пополз. Наткнулся на сломанную пляжный зонт и четыре трупа сепаратистов. Видимо, пили пиво и попали под обстрел. Поднял с земли соленый орешек и съел. Это была единственная еда за несколько дней. Стал вспоминать, что делать при обстреле. На базе учили: можно снять с трупа броник и накрыться. Но это будет долго, поэтому накрылся телами боевиков. Через некоторое время рядом разорвался снаряд. От ударной волны потерял сознание. Когда очнулся, обстрел уже закончился.

Сбросил с себя тела. Из носа шла кровь, звенело в ушах и крутило в животе. По всем признакам – контузия. Поплелся в сторону украинских позиций. Вышел на трассу. Проїздило синее такси. Водитель остановился и предложил подвезти. Высадил у ворот базы. Не взял ни копейки. Сказал: "Это – наименьшее, что могу сделать".

Свои расспрашивали, кто такой, сделали проверку через СБУ. Не рассказал, что разведчик. Мол, патриот Украины, который попал под обстрел. Поверили и отпустили.

После контузии путаю названия населенных пунктов и теряюсь в датах. В одной сельской больнице попросил помощи. Объяснил: напали гопники, забрали все ценные вещи. Умыли, обработали раны и дали обезболивающее.

В "Азове" сказали, что моя военная карьера закончилась. Отправили на лечение до железнодорожного госпиталя. Выкручивало внутренние органы, внутри будто все горело. Но смотрел на других контуженных, которые разговаривали с собой или имели какие-то страхи, и понимал – мне повезло. Врачи сказали, что к службе непригоден.

В прошлом году в апреле по телевизору увидел, что СБУ задержало "Терезу". Позвонил и предложил помощь как свидетель. Передо мной выложили несколько фотографий и попросили опознать его. Это было не трудно. Через несколько дней вызвали в суд, я дал показания. Рассказал, как она пытала украинцев и убила двух солдат.

Перед судом звонили с ДНР и предлагали деньги. Ежедневно сумма росла – от 5 до 12 тысяч долларов. Говорили: "Откажись, нам надо вывезти девушку в Россию. На нее и так лжи навесили". После суда было много угроз. И почти столько же сообщений, что "Тереза" віджимала у людей имущество.

26 февраля в этом году пришел на суд по делу председателя киевского СБУ времен Революции достоинства Александра Щеголєва. Он хотел сделать кольца спецназа вокруг Майдана. Первое сжимается и занимается расстрелами, второе – собирает и вывозит тела. Операцию назвали "Бумеранг". Прокурор просил ему пожизненное. А адвокат смеялась, говоря о погибших майдановцев. Хотелось подойти и дать пощечину обоим. Спросил у журналиста, который стоял рядом: "Какое наказание будет, если вылить зеленку?" "Максимум штраф", – ответил. Я вышел из зала суда, купил две банки зеленки. Одну вылил на Щеголєва, вторую – на адвоката.А надо было бы их свиной кровью окропить. Семерых из Небесной сотни я знал лично.

На Майдане познакомился с девушкой Олей. Имела порок сердца. Носил ей цветы в больницу – и влюбился. Обещала ждать с фронта. Раз приехал в отпуск с гранатой и показал ей. Из-за мелочи поссорились. Она на эмоциях сообщила в полицию, что у меня есть оружие. Ничего не нашли. Но когда узнал, что сдала меня, разошлись.

За все время службы не получал ни выплат, ни зарплат. После возвращения из плена просил главного разведчика "Азова" на позывной "Троян" дать хотя бы медальку, чтобы было что вспомнить. Никаких наград так и не получил. Как и статуса участника боевых действий.

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su february 18, 14:57 8
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
)))))))))))))))))))

Майдан - стал социальным лифтом для такого вот человеческого материала (((((((((((((((((((((
Я бы не стал называть процесс всплытия продуктов жизнедеятельности лифтом...

Нормальный такой навозный херой
Дебил, неуч, психически больной.

хероище!

"Раз приехал в отпуск с гранатой и показал ей. Из-за мелочи поссорились."
действительно, это же обычный сувенир! =D
Господи, ну оно и искорёженное...