varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Как Советская армия превратила короля Михая в антифашиста

Пацана трясло, - пишет Maxim Buzhanskiyy

Трясло так, что прыгала в руках кружка с давно остывшим чаем, зубы клацали, ощерившись в диком оскале ужаса.

Мир взорвался.

Рёв артиллерии разорвал ночь, вышвырнул на блеклое утреннее небо солнце, не смолкал, не спадал и возвращался, рос, и заполнял собой каждую клетку.

Ему давно нужно было вышвырнуть эту кружку, бросится к рации, отстучать по клавише, передать сигнал.

Он не мог.

Пальцы посинели на ледяном металле, глаза выкатились из орбит, на губах пена.

Он видел это.

Видел, сидя глубоко под землей, скрытый толщей бетона, видел, словно стоял обнаженным посреди этого огненного ада, беспомощный и беззащитный.

Бесконечные ряды орудий.

Шеренги, словно на параде выстроенные, гавкают огнем, солдаты, в запыленных, истертых гимнастерках снуют, подавая снаряды, чумазые, улыбающиеся так, будто они лично знают каждую цель.

Катюша.
Смерть срывается с направляющих, рвется в небо, оставляя за собой огненный хвост, вой сменяется хриплым ревом.

Он не слышит, не может этого слышать, но слышит хруст поваленных деревьев, слышит визг последней секунды перед взрывом, слышит, как осколки кромсают броню и с чавканьем рвут плоть.

В небе ад.

Бронированные чудовища, танки с крыльями идут не волна за волной.

Это одна, сплошная бесконечная волна, штурмовики не боятся ничего, земля, еще дрожащая от удара артиллерии вздрагивает вновь.

Люки открыты, бомбы сыпятся на передний край, словно крестьянин разбрасывает зерно на пашне, куда ни брось, прорастет.

Хриплое щёлканье в наушниках, бесконечные ряды голов в круглых шлемах, каждый махнул солнцу рукой, словно старому знакомому.

Истребители сделали уже четыре круга, проносятся над бронированной тушей, методично утюжащей первую полосу.

Вспышка.

Попытались ответить, гавкнуло орудие, за ним другое.

От волны отваливается пять самолетов, бросаются к земле,кажется, будто решили вмять в землю ударом корпуса.
В последнюю секунду выравнивают, пальцы синхронно давят гашетку, снаряды рвут орудие, расшвыривают расчет, словно куклы, очередь проходит по чудом уцелевшим зарядным ящикам.

Люди, металл, дерево, всё в клочья.

Отвалили в сторону, догнали, заняли своё место в строю.

Мальчишка воет, кровь из прокушенной губы бежит по подбородку, капает на грязный пол.

Рация дернулась, подпрыгнула всхлипнув, что то каркнул динамик, не разобрать.

Он не слышит.

Всё внимание к лейтенанту.

Молодой, совсем молодой, с проседью на висках, смотрит на часы, бросает взгляд на солнце, словно сверяясь с ним, и- Взмах рукой!

Артиллерия возвращается.

Чудовищная волна катится вновь, вгрызается в бетон, разбрасывает заграждения, словно игрушечные, крушит скомканный лес, зажигая его в сотне мест.

Чумазые солдаты тащат снаряды, гимнастерки взмокли от пота, похлопывают каждый по боку, как родного, перед тем, как забросить его в пасть казенника.

Ракета.

Он не может её видеть, он ничего не может видеть, он даже перед собой ничего не видит.

Он видит, как она взбирается ввысь, шипя, вращаясь и разбрасывая красные брызги.

Десятки, сотни ракет в ответ.

Грохот.

Сквозь рев артиллерии вырывается грохот металла, это не где то в небе, это прямо над головой.

Танки вырываются из ниоткуда, мчат, будто пытаясь догнать артиллерийскую волну, удар в лоб сминает пушку, невесть как уцелевшую.

Рёв пехоты.

Он видит, как пехоты вырывается из траншей, прыгает, переваливая через бруствер, и рвется вперед.

Он так не привык.

Он привык, он видел, им показывали, как наступает пехота.

Идеальные ряды, шахматный порядок, уверенный шаг.

Все держат оружие, будто по одной мерке скроены и форме отлиты.

Так не бывает.

Пехота рвется вперед, бежит, чуть плечами не касаясь бортов своих танков, сыпется с брони, бесконечный вал гимнастерок и шлемов.

Молодой лейтенант с проседью на висках вновь смотрит на часы, щелкает карандашом по карте, секунду молчит.

Еще раз смотрит на солнце, подмигивает ему, взмахивает рукой.

Стволы задраны чуть выше, орудия отпрыгивают после каждого залпа, дымящаяся гильза летит в сторону.

Еще!!!

Солнце исчезает в гигантской тени, штурмовики вновь набили брюхо смертью, и несут её вперед.

К следующей полосе.

Мальчишка видит, как мечутся румыны.

Немецкие регулировщики с презрением отшвыривают в сторону румынского полковника, колонна танков пытается прорваться вперед, сквозь разваливающиеся румынские позиции, навстречу катящейся лавине.

Малиновский стоит.
Малиновский не сдвинулся с места ни на сантиметр за все часы с начала наступления.

Мальчишка видит глыбу, истукана, застывшего у входа в палатку.
Штабисты снуют вокруг, выскакивают наружу, что то докладывают, бросаются обратно к картам, к телефонам, к красным стрелкам, устремившимся вперед.

Солнце висит прямо над Маршалом, впилось в него, обрушилось всем жаром, нет, даже не моргнет.

Пачка папирос, десяток сломанных спичек у ног, тень ползет вокруг Малиновского вслед за солнцем, потеряв надежду уйти с ним.

Пальцы бессильно разжимаются.

Кружка со звоном падает на пол, катится куда то в угол.

Дверь с грохотом срывается с петель, топот шагов, мальчишка вскидывается с места.
Его призвали всего месяц назад, он еще не видел войны, и вот, она катится по ступенькам ему навстречу.

В проеме возникает загорелое лицо, синие глаза,сбитая набок пилотка.

Глаза улыбаются.
Лицо улыбается.
Улыбка навстречу.

Приклад обрушивается на голову радиста, темнота.

-С улыбкой- мы взяли рацию!

20 августа 1944 года, началась Ясско-Кишиневская стратегическая операция.

Вторая, первая провалилась двумя месяцами раньше.

Вторая.

Ясско-Кишиневские Канны.

Удар советских войск по немецко-румынской группировке, с целью вывода Румынии из войны.

И освобождения Молдавии.

Блицкриг, который так любили в Германии.

Котел.

Разгром.

200 тысяч пленных.

Румыния всё поняла правильно.

Румыния почувствовала, что всегда была против Рейха.

23 августа восстал Бухарест.

Король Михай ощутил себя антифашистом.

24 августа, Румыния, хищница Европы, гиена, проигравшая всё и везде, и всегда умудряющаяся извлечь из этого пользу, объявила войну Германии и попросила помощи у Советского Союза.

Давно хотели попросить, под Одессой, под Сталинградом, но как то вышло вот только сейчас.

31 августа, войска Второго Украинского Фронта вошли в Бухарест.

Жители высыпали навстречу танкам с цветами.

Румынская армия поступала под командование Маршала Родиона Малиновского.

Одессита.


Tags: великая отечественная, румыния, ссср
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su february 18, 2019 14:57 28
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments