Варяг

БРАЗИЛИЯ: И ПРИШЛИ ФАШИСТЫ


Первыми были запрещены коммунисты. Люди со «светлыми лицами» решительно отвергали их тоталитарные методы. Сначала они говорили – «Сталин хуже, чем Гитлер!». А потом начали утверждать, что Гитлер был лучше Ленина или Троцкого.

Затем пришел черед социалистов. Газеты обличали «провал социализма в Венесуэле», европейские социал-демократы стремились к респектабельности, стараясь побыстрее порвать со своими корнями – и целыми партиями присягали в верности неолиберальным догмам. Их традиционный электорат – промышленные рабочие, которые остались ни с чем после переноса производства в страны третьего мира – был брошен перед лицом кризиса на произвол судьбы.

Левые либералы радостно наблюдали за преследованием соперников, зачастую подкидывая дрова в костер правых репрессий – но вскоре настал их черед. Оказалось, что они тоже недостаточно активно содействуют бизнесу, проявляют досадную терпимость к иностранным мигрантам, недостаточно радуются успехам правых – и, возможно даже, сами являются скрытыми коммунистами. Они оказались ненужными – ни угнетенным, ни потенциальным спонсорам из числа крупной буржуазии, которая хотела ставить на совсем других игроков.

И тогда пришли фашисты. Вплоть до конца 1970-х годов они вели себя очень тихо. Одна пожилая израильтянка рассказывала мне, что «херутовцев» – предков нынешнего «Ликуда» – били тогда прямо на улицах. И не только по указанию социал-демократической власти (а такое тоже бывало), а просто потому, что живущие тогда еще помнили ужас Варшавы и знали о челобитных Адольфу Гитлеру, которые писали в разгар Холокоста лидеры «Лехи».

То же было в Европе. В городах Италии нельзя было выйти в черной рубашке – рабочие-коммунисты сразу же старались отправить таких смельчаков прямиком к Петаччи и Муссолини. Во Франции «неизвестные» граждане преследовали пулями вчерашних коллаборационистов из дивизии СС «Шарлемань». В Англии фашисты митинговали только под охраной полиции, а в Антверпене докеры избили фламандских националистов, когда они впервые решились показаться на улице под своим флагом.

Венгерские, хорватские, прибалтийские, украинские, белорусские и российские фашисты переживали трудные времена. Сменив фамилии и опасаясь петли, они работали на «Голосе Америки» или в ЦРУ. Ведь ради святого дела борьбы с коммунизмом в США никогда не церемонились в выборе союзников – от исламистов и мафии до бывших военных преступников из СС.

Потом, в девяностые годы, нам объяснили – РОА, дивизия СС «Галичина», ОУН и УПА, прибалтийские эсесовцы, салашисты, глинковцы и усташи – все это не более, чем жертвы обстоятельств – люди, любившие свою родину, которые попали «в жернова между двух диктатур». Их страшные преступления были объявлены выдумкой советских пропагандистов – не считая отдельных прискорбных эксцессов, на которые вполне можно было закрыть глаза. Ведь эти герои вели святую борьбу против большевизма.

В этом хоре порой раздавались и голоса «левых». Сколько лет мы слышали прекраснодушные оправдания линчевателей из салашистской милиции 1956 года, вместе панегириками клерикалам из «Солидарности» – хотя именно эти силы торили дорогу «Йоббику» и Качиньскому? Сколько времени мы закрывали глаза на людоедские ультраправые взгляды «смелых диссидентов» и «творческих людей», которые восхищались Пиночетом, одобряли ковровые бомбёжки Вьетнама, мечтая вслух о ядерной порке Кремля? Постсоветские либералы традиционно считали это «здоровой реакцией на коммунистические репрессии» – а многим из них откровенно нравится бодрый активизм правых популистов, выступающих против «системы», «коррупции» и прочего наследия совка.

Сегодня, когда левые уничтожены, а глобальная неолиберальная модель переживает повсеместный кризис, фашизм поднимает голову и готовится заявить себя в качестве ее глобальной альтернативы. На его сторону быстро переходит часть буржуазии, которая не видит своей выгоды в процессах глобализации, к нему спешат разорившиеся представители среднего класса и деклассированный люмпен-пролетариат – включая бывших членов социал-демократических партий, ему камлает либертарианская интеллигенция, с мечтами про общество победившей кастовой технократии. Нынешнее либеральное государство не может предложить этим людям ничего, кроме тупика. А фашисты готовы предложить им власть, через насилие против своих оппонентов.

Последние недели я читаю секретное сообщество русскоязычных «левых» израильтян. Вы ошибаетесь, если думаете, что на его страницах обсуждаются вопросы красного террора и союза с палестинским пролетариатом. Напротив – среди участников сообщества есть поклонники Рональда Рейгана, которые выступают против «права на медицину» – тем, кому нечем платить за лечение, стоит лишь посочувствовать, а не вписавшиеся в глобализацию граждане должны послушно терпеть свою нищету. Но даже такие взгляды являются недопустимо левыми для нынешнего Израиля, а их носители сидят в подполье и печально сокрушаются победному наступлению ксенофобов. Точно так же, как поддержавшие украинский майдан анархисты уморительно жалуются на побои со стороны своих фашистских соратников, использовавших их в качестве подставки для ног на пути к вершинам политической власти.

Фашизм и нацизм начала ХХ века были сокрушены в результате общеевропейской глобальной гражданской войны с коммунистами и вооруженными левыми. Сегодня левые бессильны и безоружны. Как показали события в Бразилии, они оказались неспособны даже на то, чтобы спасти рушащуюся под ударами справа буржуазную демократию. Между тем, история банальным образом повторяется – в 1933 году Гитлер пришел к власти в результате закулисных сделок с банкирами и юнкерами, а в 2018 году бразильский фюрер Жаир Болсонару был избран на прямых президентских выборах. Причем, его успех обеспечили не столько штурмовики, сколько демократические политики из умеренных буржуазных партий, брутально устранившие с политической сцены популярных лидеров Партии трудящихся, – несмотря на их более чем умеренный и благонамеренный оппортунизм, который так и не вылился в попытки по-настоящему передать власть народу.

«Сегодня только слепой не видит, как неолиберальная зачистка планеты (разрушение социальной ткани, массовая миграция оказавшихся лишними людей, целенаправленное уничтожение культур и традиций, а главное – исторической памяти) открывает дорогу фашизму, который в популистском экстазе несложной псевдодемократической процедуры пообещает вернуть миллионы отчаявшихся в счастливое и спокойное прошлое. И там, где уповающие на чудеса сверху граждане не организованы, обязательно победит фашизм. Фашизм, с куда более стойким, чем у германского нацизма иммунитетом и гораздо более высоким уровнем адаптации к различным культурам и континентам. Это и есть последняя и самая надежная гарантия защиты интересов правящих планетой спекулятивных капиталов», – справедливо отмечает Олег Ясинский.

Буржуазная демократия – это не высшая точка политической эволюции, как полагают современные либералы. Это всего лишь система политического компромисса между трудом и капиталом, возникшая в середине прошлого века в ряде богатых стран и достигшая своего расцвета к восьмидесятым. Сегодня, в результате исторического поражения пролетариата в 1991 году, эта модель вошла в период заката. Фашизм тридцатых годов не был отклонением от нормы – похоже, он просто опередил свое время как надстройка стагнирующего капиталистического общества. И современный мировой опыт – от Бразилии до Украины – буквально кричит о том, что в ближайшие годы нам придется иметь дело именно с ним.

Артем Кирпиченок

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su февраль 18, 14:57 8
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal для Украины. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.
Ну да. Ничего нового. Чтобы демонизировать оппонента, надо назвать его фашистом. А по факту трепло, типа жирика, с похожими взглядами, только не имеющий своей партии.
Бразилия - крупнейшая капиталистическая страна Южной Америки, можно сказать она единственная там преуспевающая. Больше половины ВВП континента.

Произошла закономерная вещь проамериканские банкиры убрали от власти социалистов, используя весь арсенал средств, от предателей до компроматов, коррупции и запугивания. В ходу там и убийства.

А что народ? Народ колеблется. Ему сейчас рассказывают сказки, про тупиковость коммунизма, а он и верит. Хотя коммунисты там традиционно сильны. Проблема как всегда в отсутствии лидера.
Но экономика то сильно с социалистами упала в последние годы
И эти поцы таки будут рассусоливать про фашизм? Вот пусть из своей израиловки да "диаспоры" бревно-то и вынимают -- и то сказать, хватило смелости косвенно упомянуть про "спекулятивные капиталы" (как если бы у них не было характерных фамилий).

А то вздыхать про "невооружённых левых" он может, а понять, что очередная дубинка христопродавцев сломалась именно на России, а не на "левых" -- не по уму.
Фашизм это диктатура националистов. Диктатура интернационалистов называется по другому. Автору учиться.
А я написал про фашизм. Просто у каждого фашизма своя националистическая специфика.
Не надо умножать сущности без необходимости. Почитайте определение фашизма Георгия Димитрова. Оно самое лучшеее и точно. И с тех пор ничего не изменилось.
Это не полное определение. Национализм это прилагательное орудие тотаталитаризма. И вообще у тоталитаризма, много прилагательных, даже противоположные ему идеи могут стать тоталитарными. Главное это навязывание той или иной идеи с помощью гос. аппарата

писатель и философ Умберто Эко приводит полное определение признаков того, что он называет «ур-фашизмом» или «вечным фашизмом»:

Культ традиции; культурный синкретизм, подразумевающий пренебрежение к противоречиям в содержащих высшую истину древних откровениях.
Неприятие модернизма, иррационализм. В пример приводится противопоставление «крови и почвы» «дегенеративному искусству» в нацистской Германии.
Культ «действия ради действия», недоверие к интеллектуальному.
Неприятие скептицизма: сомнение трактуется как предательство.
Ксенофобия, расизм.
Буржуазность, опора на средний класс.
Национализм; одержимость теориями заговора, культивация чувства нахождения в осаде.
Враг изображается как крайне мощный, чтобы последователи чувствовали себя униженными, и в то же время достаточно слабый, чтобы его можно было одолеть.
Жизнь понимается как непрерывная война, а пацифизм — как сотрудничество с врагом.
Элитизм, презрение к слабым.
Культ героизма и культ смерти.
Мачизм, сексизм, неприятие нестандартного сексуального поведения.
«Избирательный популизм»: индивидуумы воспринимаются не иначе как единый монолитный Народ, чью волю выражает верховный лидер. Неприятие парламентаризма.
Использование новояза.