Варяг

Из протокола допроса в МГБ в качестве обвиняемого бывшего полицейского украинской полиции Н. Пацьоры

25 сентября 1950 г.
Протокол допроса Пацьоры Николая Андреевича, 1926 г., уроженца Киевской области, Васильковского р-на, с. Глеваха, укр., из крестьян середняков, члена ВЛКСМ, не судимого, холостого, с образованием 8 кл., в Советской Армии с декабря 1943 г., награжденного медалями «За победу над Германией» и «30 лет Советской Армии и Флота»

Вопрос: Расскажите подробно о своей трудовой деятельности до призыва Вас в ряды Советской Армии.

Ответ: Проживая с родителями и находясь на их иждивении в 1933 г., семилетнего возраста я пошел учиться в Глевахскую среднюю школу. Мне пришлось окончить только 8 классов, продолжать учиться не удалось, ибо в сентябре 1941 г. наша местность была оккупирована немцами. С этого периода и по январь 1943 г. я работал у себя дома по сельскому хозяйству. В немецких учреждениях не работал. В январе 1943 г. чтобы избежать выезда в Германию, так как молодежь насильно угоняли, я поступил работать в лесничество по заготовке дров. За свою работу я получал паек - сахар, хлеб, крупу и дрова.

В мае 1943 г. из города Киева в село приехал мой односельчанин Добролежа Николай Семенович, 1924 г. рождения, служивший полицейским в городе Киеве, носил немецкую форму, имел в кармане пистолет. При встрече с Добролежа Николаем, он мне предложил поступить на службу в полицию, рассказав о хороших условиях службы и оплате, на его предложение я дал свое согласие. Наряду со мною также дали свое добровольное согласие поступить на службу в полицию односельчане Хвоя Остап Васильевич, 1927 г. рождения, и Добролежа Василий Семенович, 1928 г. рождения.

В один из воскресных дней мая месяца 1943 г. нас - Хвоя Остапа, Добролежа Василия и меня, Добролежа Николай привез в город Киев и привел в адрес: улица Мельника, дом 48, где размещался полицейский батальон «СД». На другой день Добролежа Николай нас познакомил с командиром роты - немцем (фамилии его не знаю), который отдал распоряжение нас зачислить в полицейский батальон «СД» и выдать нам немецкое обмундирование. Через некоторое время мы были одеты в немецкую форму. На третий день меня одного назначили в 3-ю роту этого батальона. В составе этой роты нас в количестве, примерно, 100 человек стали обучать военному делу несению охранной и караульной службы, а также обучались методам борьбы с партизанами. Одновременно нас немцы воспитывали в профашистском духе, для чего регулярно собирали в специальное помещение, где проводили беседы, лекции, восхваляя фашистскую Германию, Гитлера и «новые порядки». Нас обучали необходимости заниматься вылавливанием коммунистов, комсомольцев, партизан, активно бороться с большевизмом. Учеба продолжалась примерно недели две. После этого мне и другим выдали винтовки и по пятнадцать боевых патронов каждому. С этого времени я стал регулярно ходить в наряд и караул. Вначале я охранял с оружием помещение карательного б-на «СД» по адресу: г. Киев, улица Мельника, дом 48, потом раз десять охранял концентрационный лагерь, находившийся в Бабьем Яру в конце гор. Киева, где содержались советские военнопленные и советские граждане, которых насчитывалось в лагере больше трех тысяч человек. Находившихся советских военнопленных и советских граждан в лагере мы ежедневно гоняли на работы по строительству разрушенных домов. Условия жизни в концентрационном лагере были невыносимо тяжелые. Советских граждан заставляли работать с раннего утра до поздней ночи, кормили военнопленных и советских граждан очень плохо, одной баландой.

Несколько раз мне приходилось охранять тюрьму, находившуюся на улице Короленко г. Киева, а также охранял вторую тюрьму, расположенную на этой же улице Короленко, в этих тюрьмах содержались заключенные коммунисты, партизаны, комсомольцы и советские граждане.


[...]

В этом карательном батальоне я прослужил до сентября 1943 г. В сентябре 1943 г. немецкие войска под ударами советских отступили к гор. Киеву, видимо в связи с этим наш полицейский батальон «СД» снялся из города Киева и маршем пошел для передислокации в город Ровно. Недалеко от реки Ирпень я, Пацьора Василий Афанасьевич, Хвоя Остап Васильевич отстали от строя, потом свернули в сторону, после чего направились домой, имевшееся у нас оружие и патроны, по дороге побросали в болото. Весь октябрь 1943 г. нам пришлось скрываться от немцев, вплоть до прихода частей советской армии, то есть ноября 1943 г. В декабре 1943 г. Васильковским райвоенкоматом я был призван в Советскую армию, где и служил по настоящее время.

[...]

Еще до моей службы в карательном батальоне, проживая по месту рождения, я от местных жителей села Глеваха, не помню точно кого, слыхал, что в г. Киеве в Бабьем Яру немцами производились массовые расстрелы советских граждан, в том числе было расстреляно до тридцати тысяч евреев. За время моей службы в карательном батальоне «СД», мне стало известно, как очевидцу, что в Бабьем Яру, почти каждый день, немцы производят расстрелы советских граждан из концентрационного лагеря, о чем свидетельствовали выстрелы, крики, стоны. Дважды, будучи на посту по охране концлагеря, я был свидетелем, как немцы выводили советских граждан из концлагеря в Бабий Яр, расположенный в 200-х метрах от лагеря и там расстреливали. Немцы над советскими гражданами, находившимися в концлагере, издевались, подвергая их истязаниям и избиениям, в моем и других присутствии.

Вопрос: В чем заключались ваши обязанности по охране концентрационного лагеря в Бабьем Яру и тюрьмах «СД» на улице Короленко?

Ответ: Каждый из нас полицейских хорошо знал эти обязанности, заключались они в том, чтобы не допустить побега заключенного из концлагеря или тюрьмы, при попытке к побегу заключенного принять все меры по задержанию его или расстрелу. При случаях нападения на концлагерь или тюрьму со стороны партизан, организовать надежную оборону охраняемого объекта, в обязанности наши входило, следить за порядком в концлагере и в тюрьме, в частности во дворе тюрьмы, куда выводились заключенные на прогулку, что нами и выполнялось, при каждом эксцессе необходимо было принимать меры по усмирению насильственным путем.

Вопрос: Были ли случаи, когда из концлагеря или тюрьмы, которые вы охраняли, советские граждане совершали побеги?

Ответ: Случаев бегств советских граждан и военнопленных из концлагеря было много, но случаев, в период, когда я стоял на посту по охране концлагеря, побегов было два: так, в конце июля 1943 г., будучи на посту в концлагере Бабий Яр, ночью совершили побег пять советских военнопленных. Утром были организованы их поиски, в которых принимал участие лично я, однако поиски результатов не дали, и убежавшие не были пойманы. Второй случай произошел при следующих обстоятельствах: Во второй половине августа 1943 г. я, Хвоя Остап и Дудник охраняли советских граждан, содержавшихся в двух комнатах, расположенных при батальоне «СД» по улице Мельника, дом № 48, где эти советские граждане днем работали на разных работах, а в эту ночь они в количестве пятнадцати человек убежали. Утром, когда обнаружился этот побег, весь состав караула был немцами посажен в карцер, в том числе посадили и меня, однако через сутки нас выпустили. Случаев побега заключенных из тюрьм я не знаю.

[...]
ДА СБУ, ф. 5, спр. 50 998, арк. 13–15.

Recent Posts from This Journal

promo mgu68 19:51, wednesday 47
Buy for 110 tokens
Наверное, такой большой пост мы делаем впервые. Впереди зима, людям очень нужна любая помощь. Читатели моего журнала знают, что с 2014 года у нас дома организован склад, где любой беженец может найти первую необходимую помощь, от медикаментов (несколько коробок) до продуктов питания, канцелярии для…
Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: Армия, История.
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal для Украины. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.