varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Category:

На заре полицейского ренессанса. Аваков - "е первый, но и не второй"

Нынешний обзор целесообразно начать не с саммита нормандского формата, а с событий накануне встречи. Как я отмечал неделю назад, заключительный этап подготовки к нему проходил в условиях мощного наката на президента со стороны «партии войны», объявившей полную мобилизацию рядов и даже запустившую профилактический майдан.

Информационную парадигму президентской стороне удалось развернуть (подробнее об этом читайте в статье «Встретились как-то Неубедительный, Неувядаемый и Несмелый...» на стр. A7). Так, участники движения «Отпор капитуляции» у президентского Офиса разошлись утром 10 декабря, поскольку, по мнению организаторов, «зрада» так и не состоялась.

Но, главное, по поступившей к нам информации, накануне поездки президента в Париж удалось достичь определенного внутреннего консенсуса — оппозиция дома протестует в рамках приличия, а Зеленский занимает в Париже бескомпромиссную позицию. На этом же настаивали и сторонники жесткой линии внутри самой власти. И дабы не было сюрпризов, с Владимиром Зеленским на саммит отправилась мощная группа поддержки, в которой особо следует отметить Арсена Авакова.

Очередной клочок бумаги

По словам спикеров власти, была продекларирована готовность к определенным уступкам. Так, помощник президента Андрей Ермак заявил о готовности провести конституционную реформу, которая коснется децентрализации в отношении отдельных районов Донбасса. А также — продлить действие закона об особом статусе до истечения его срока действия с последующим внесением в него изменений по итогам саммита «нормандской четверки» (законопроект уже внесен в парламент). При этом подчеркнуто: «Ни о какой федерализации речь не идет».

По другим просочившимся в СМИ утечкам, готовились и компромиссные варианты по самым сложным вопросам политического урегулирования. В частности, готовились предложения создать силы правопорядка в «отдельных районах», состоящие из украинских силовиков и «местных жителей», причем под последними подразумевались как оставшиеся за линией разграничения, так и жители Донбасса, переехавшие на подконтрольную Киеву территорию (т. е. лояльные к Украине).

Аналогичным образом, причем даже с преобладанием представителей самопровозглашенных республик, но под украинским флагом, предполагалось сформировать структуры, которые возьмут под контроль границу. В целом ход с акцентом на проукраинских жителей Донбасса следует считать весьма удачным. Но главный смысл всех домашних заготовок сводился к тому, чтобы продемонстрировать западным партнерам готовность к разумному компромиссу, добиться их поддержки и усилить переговорную позицию.

Впрочем, речь шла не столько о реальном продвижении компромиссных решений, сколько о том, кто будет выглядеть их противником. В конечном итоге предпочтительным представлялся план «Б» (фактическая заморозка конфликта), о котором много говорилось ранее. А главной задачей на саммит декларировалось, причем многократно, добиться полного и устойчивого прекращения огня. Если на нормандском саммите не будет достигнуто соглашение о прекращении огня и обмене пленными, «мы построим стену, и жизнь продолжится. К сожалению, мы будем жить по сценарию замороженного конфликта», — заявлял Ермак.

Действительно, договориться о прекращении огня не удалось. Еще когда переговоры продолжались, российское издание «Коммерсант» сообщило со ссылкой на источники в российской делегации, что участникам саммита не удалось согласовать дальнейшее разведение сил и средств по всей линии соприкосновения. Причиной отсутствия договоренности якобы стала позиция Киева. Представители украинской стороны заявили, что не сумеют обеспечить отвод своих военных. Между тем помощники лидеров стран накануне встречи согласовали разведение сил по всей линии соприкосновения.

Это было подтверждено и после саммита на самом высоком уровне. «Если разводить войска на всей контактной линии в 409 км, то мы будем разводить войска 20 лет. Уже и меня не будет, и их [лидеров нормандского формата, которые настаивали на полном и незамедлительном разделении]. А если небольшими частями, то разведем за 6—8 лет», — заявил Зеленский. Объяснение такой позиции может быть только одно — официальный Киев не в силах контролировать всех вооруженных людей на линии разграничения.

Вот слова Авакова, которые приводит пресс-служба МВД: «У господина Суркова сдали нервы, он там бумаги бросил на стол и кричал: «мы так не договаривались». Они предложили разводить и дальше войска. Куда разводить? В Марьинке? Где каждый метр полит кровью. И отвод означает сдачу наших позиций на километры. Или в Широкино, где мы стали так, чтобы Мариуполь обезопасить? Это ерунда».

Какова была реакция Ангелы Меркель, Эммануэля Макрона и их помощников, Арсен Борисович не уточняет. Мы же констатируем, что Зеленский отказался от ключевого пункта своей мирной программы как по плану «А», так и по плану «Б». Особо «впечатляет», что президент определил на развод войск 6—8 лет, что сложно понимать по-другому, как то, что в течение этого времени вариант с прочным прекращением огня в Киеве не рассматривается. И о каком тогда политическом решении может идти речь?

Как многократно отмечалось, от саммита никто не ждал прорывов, но были серьезные надежды на то, что удастся решить военно-гуманитарные вопросы. И когда не получилось даже это, впору было расходиться, признав его полный провал. Но, конечно, этого стороны допустить не могли. Удалось договориться по самому элементарному (при наличии доброй воли сторон) вопросу при разрешении всех военных конфликтов — об обмене пленными по принципу «всех на всех».

Договорились до Нового года ввести очередное бессрочное перемирие и провести в течение четырех месяцев разведение сил еще на трех участках, о которых только предстоит договориться. Как подчеркивалось, по инициативе украинской стороны, дабы обеспечить выполнение этого перемирия, предложено расширить возможности миссии ОБСЕ: она должна перейти к круглосуточному мониторингу ситуации.

Впрочем, скепсис насчет действенности таких мер высказал сам Зеленский: «Что касается прекращения огня, я сегодня уже говорил о том, что я пока не знаю, как мы сможем контролировать эту ситуацию. Мы уже не раз заявляли об этом, и в течение пяти-шести последних лет десятки раз эти заявления нарушались впоследствии».

В итоговом коммюнике было закреплено согласие Украины продлить действие закона об особом статусе и имплементировать в украинское законодательство «формулу Штайнмайера». При этом, по поступавшей информации, украинская делегация отказалась вносить изменения в Конституцию, хотя о такой готовности публично заявляли буквально накануне встречи.

Что же касается «формулы» и закона об особом статусе, то, повторюсь, это своеобразные фетиши, призванные продемонстрировать приверженность сторон Минским соглашениям, не более того. Пока не будет достигнуто принципиальное согласие по путям реализации всего комплекса мер, а тут света в конце туннеля не видно совсем, они остаются клочком бумаги. Т. е. говорить о реальном прогрессе совершенно не приходится.

Знаменитая немецкая гибкость

Тем не менее принципиально важным итогом саммита стало решение о следующей встрече на высшем уровне уже через четыре месяца. За это время министры иностранных дел должны постараться найти решения по вопросам, где позиции сторон кардинально различаются.

Т. е., принимая во внимание внутренние проблемы Зеленского, партнеры дали ему конкретный срок, в течение которого он должен найти пути их решения и перейти к делу. Показательно, что на итоговой пресс-конференции Зеленский особо отметил, что никаких домашних заданий не дано, мол, просто встретимся, обсудим, как идут дела. Но это, наверное, тот случай, когда сказанное нужно понимать с точностью до наоборот.

Другое дело — какова будет реальная реакция Берлина и Парижа, если никаких подвижек не случится. Наблюдатели обратили внимание, что участники саммита в определенных нюансах разбились на пары — Путин с Макроном и Меркель с Зеленским. Канцлер, в частности, сказала о придании гибкости Минским соглашениям, т. е. допустила возможность их изменения, чего и добивается Киев, хотя в итоговой декларации говорится, что государства-члены привержены их полной реализации. «Меркель — умничка, нам помогала, Макрон такой — ему просто было интересно», — снова процитирую Авакова.

Добавим, что упомянутый внутренний консенсус в Украине можно назвать именем Авакова. Ведь державшийся в последние месяцы в тени министр внутренних дел в своем фирменном стиле, известном со времен президентства Порошенко, решил напомнить первому лицу о собственной незаменимости, улучив для этого удобный момент.

Теперь об этом можно говорить со всей определенностью. Возобновилась известная игра, когда Арсен Борисович был, по его собственному определению, «не первый, но и не второй». Одной рукой управляя радикалами из «Азова» и подобных структур, а другой, в качестве министра внутренних дел, защищая от них власть (президента), имея благодаря этому сильнейшие рычаги влияния на последнего.

Кардинальное различие ситуации еще годичной давности с нынешней в том, что тогда визави могучего министра был очень опытный, матерый, располагавший серьезными, выходящими за рамки его прямых служебных полномочий, политик. И это обеспечивало определенный баланс сил, систему сдержек и противовесов. Ныне же в президентском кресле малоопытный человек, дилетант. И если тогда Аваков мог позволить себе сам себя величать «но и не вторым», то ныне его возможному статусу даже сложно подобрать определение.

Есть информация, что, взяв на себя урегулирование ситуации с протестами, Аваков же сформулировал и окончательную позицию перед саммитом. В результате этого наработки «умеренной партии» в Офисе президента (Богдан, Ермак) оказались невостребованными (именно их имел в виду Аваков в своем обращении — «Нашим, тоже скажу — сторонникам всепрощения, покупки электроэнергии, дешевого газа со скидкой»).

Включение Авакова в делегацию на нормандский саммит можно однозначно трактовать и как свидетельство его нового статуса, и как то, что он направился в Париж в качестве наблюдателя за неопытным президентом и гаранта недопущения «зрады». При этом Аваков активно раздавал развязные, далекие от дипломатичности комментарии, лишний раз подчеркивая свое нынешнее влияние.

Показателен пост в Фейсбуке ныне подзабытого ближайшего клеврета Авакова Антона Геращенко: «Президент Украины Владимир Зеленский! Я не жалею, что я и моя семья отдали за него свой голос на выборах!»

На этом фоне пошли даже слухи о скором назначении Авакова премьер-министром (кто в этом случае будет «первым», а кто вообще «никаким», думаю, объяснять не нужно). Сложно пока судить об их достоверности: они могут исходить и от окружения самого министра внутренних дел, для которого тщеславие и стремление раздуть собственную значимость также является характерной чертой. Но то, что ныне он переживает свой политический ренессанс, можно говорить однозначно.
Источник

Tags: аваков, гражданская война, зеленский, нацизм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo mgu68 16:07, thursday 116
Buy for 110 tokens
Жители ДНР и ЛНР просят о помощи, а русофобия не прекращается. Люди истощены, люди уже шестой год живут под массированными обстрелами, а их продолжают называть террористами. Люди НЕ ХОТЯТ возвращаться в тот ад, который называется современной Украиной, и смотреть, как внедряется…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment