varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Categories:

Бляди, педерасты и СТАЛИН в творчестве Михаила БУЛГАКОВА



Бляди, педерасты и СТАЛИН в творчестве Михаила БУЛГАКОВА

Некоторые удивляются, чем это Булгаков Сталину нравился, когда он с такой изысканной язвительностью, стебово и безоглядно разносил порядки новой власти – и идеологические, и бюрократические, и нравственные.
Почему так любил «Белую гвардию», когда там такая щемящая тоска по преданным-изгоняемым белым офицерам?

Возьмем этот фрагмент о демографической ситуации Киева 100-летней давности, в 1918-м, когда Киев стал пунктом бегства москвичей и питерцев от большевизма. Булгаков весьма нелестно характеризует переселенцев, представителей буржуазного класса, что изводил и Ленин, и Сталин, уже за этот отрывок можно было Сталинскую премию давать: сколь презрителен автор к элите «старого мира», исключая отдельных представителей -- Турбиных.
Он называет ее в целом продажно-алчно-трусливо-развратной «массой, просочившейся в щель».
Думаю, товарищ Сталин был вполне доволен таким нетерпимым отношением писателя к классовым врагу, включая педерастов, кокаинисток и блядей со звонкими фамилиями. Это вполне оправдывало его стремление произвести зачистку общества, а согласно Булгакову, в Киев «депортировали» кого надо: в основном, неблагочестивых асоциальных элементов. А уж об отношении автора к петлюровско-национальному движу в Киеве я и говорить не стану.
И, надо признать, что таковое – стремление к зачистке -- не теряет общественного запроса по сей день, проповедуется сотнями тысяч людей, включая горячих антисталинистов.

КИЕВ – ПОЧТИ ТАКОЙ ЖЕ, КАК И 100-ЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ

«Бежали седоватые банкиры со своими женами, бежали талантливые дельцы, оставившие доверенных помощников в Москве, которым было поручено не терять связи с тем новым миром, который нарождался в Московском царстве, домовладельцы, покинувшие дома верным тайным приказчикам, промышленники, купцы, адвокаты, общественные деятели.
Бежали журналисты, московские и петербургские, продажные, алчные, трусливые. Кокотки. Честные дамы из аристократических фамилий. Их нежные дочери, петербургские бледные развратницы с накрашенными карминовыми губами. Бежали секретари директоров департаментов, юные пассивные педерасты. Бежали князья и алтынники, поэты и ростовщики, жандармы и актрисы императорских театров. Вся эта масса, просачиваясь в щель, держала свой путь на Город.

…он наполнялся и наполнялся пришельцами. В квартирах спали на диванах и стульях. Обедали огромными обществами за столами в богатых квартирах. Открылись бесчисленные съестные лавки-паштетные, торговавшие до глубокой ночи, кафе, где подавали кофе и где можно было купить женщину, новые театры миниатюр, на подмостках которых кривлялись и смешили народ все наиболее известные актеры, слетевшиеся из двух столиц, открылся знаменитый театр «Лиловый негр» и величественный, до белого утра гремящий тарелками, клуб «Прах» (поэты – режиссеры – артисты – художники) на Николаевской улице.
Извозчики целыми днями таскали седоков из ресторана в ресторан, и по ночам в кабаре играла струнная музыка, и в табачном дыму светились неземной красотой лица белых, истощенных, закокаиненных проституток.
Город разбухал, ширился, лез, как опара из горшка. До самого рассвета шелестели игорные клубы, и в них играли личности петербургские и личности городские, играли важные и гордые немецкие лейтенанты и майоры, которых русские боялись и уважали.
Играли арапы из клубов Москвы и украинско-русские, уже висящие на волоске помещики.
…в голубых ложах сверкали крупные бриллианты и лоснились рыжеватые сибирские меха. И пахло жженым кофе, потом, спиртом и французскими духами. Все лето восемнадцатого года по Николаевской шаркали дутые лихачи, в наваченных кафтанах, и в ряд до света конусами горели машины. В окнах магазинов мохнатились цветочные леса, бревнами золотистого жиру висели балыки, орлами и печатями томно сверкали бутылки прекрасного шампанского вина «Абрау».
И все лето, и все лето напирали и напирали новые. Появились хрящевато-белые с серенькой бритой щетинкой на лицах, с сияющими лаком штиблетами и наглыми глазами тенора-солисты, члены Государственной думы в пенсне, бляди со звонкими фамилиями, биллиардные игроки... водили девок в магазины покупать краску для губ и дамские штаны из батиста с чудовищным разрезом. Покупали девкам лак.
Мечтали о Франции, о Париже, тосковали при мысли, что попасть туда очень трудно, почти невозможно.
Большевиков ненавидели. Но не ненавистью в упор, когда ненавидящий хочет идти драться и убивать, а ненавистью трусливой, шипящей, из-за угла, из темноты.
Ненавидели по ночам, засыпая в смутной тревоге, днем в ресторанах, читая газеты, в которых описывалось, как большевики стреляют из маузеров в затылки офицерам и банкирам и как в Москве торгуют лавочники лошадиным мясом, зараженным сапом. Ненавидели все – купцы, банкиры, промышленники, адвокаты, актеры, домовладельцы, кокотки, члены государственного совета, инженеры, врачи и писатели...»

***
Иное дело – Турбин, доктор, человек мира.
«Были офицеры. Они все-таки сумели пробраться и появиться в Городе, с травлеными взорами, вшивые и небритые, беспогонные, и начинали в нем приспосабливаться, чтобы есть и жить. Были среди них исконные старые жители этого Города, вернувшиеся с войны в насиженные гнезда с той мыслью, как и Алексей Турбин, – отдыхать и отдыхать и устраивать заново не военную, а обыкновенную человеческую жизнь, и были сотни и сотни чужих, которым нельзя было уже оставаться ни в Петербурге, ни в Москве.
Другие, армейские штабс-капитаны конченых и развалившихся полков, боевые армейские гусары, как полковник Най-Турс, сотни прапорщиков и подпоручиков, бывших студентов, как Степанов – Карась, сбитых с винтов жизни войной и революцией, и поручики, тоже бывшие студенты, но конченные для университета навсегда, как Виктор Викторович Мышлаевский. Они, в серых потертых шинелях, с еще не зажившими ранами, с ободранными тенями погон на плечах, приезжали в Город и в своих семьях или в семьях чужих спали на стульях, укрывались шинелями, пили водку, бегали, хлопотали и злобно кипели. Вот эти последние ненавидели большевиков ненавистью горячей и прямой, той, которая может двинуть в драку…»
***
Но лучше всего…
«…Но лучше всего сверкал электрический белый крест в руках громаднейшего Владимира на Владимирской горке, и был он виден далеко, и часто летом, в черной мгле, в путаных заводях и изгибах старика-реки, из ивняка, лодки видели его и находили по его свету водяной путь на Город, к его пристаням. Зимой крест сиял в черной гуще небес и холодно и спокойно царил над темными пологими далями московского берега, от которого были перекинуты два громадных моста. Один цепной, тяжкий, Николаевский, ведущий в слободку на том берегу, другой – высоченный, стреловидный, по которому прибегали поезда оттуда, где очень, очень далеко сидела, раскинув свою пеструю шапку, таинственная Москва».
***
Да, и много ли мы знаем о Сталине? Кроме известных фактов, что он…
Вообще-то украинские нацисты Иосифа Виссарионовича должны также поминать если не факельными шествиями, то хоть незлым, тихим словом.

СТАЛИН: ДАТЬ УКРАИНЕ СВОБОДУ!

«...Вместо освобождения угнетенных народов, – придирки к Финляндии и к Украине, боязнь дать им свободу», -- таким был его критический взгляд на украинский вопрос и режим российских угнетателей в июне 1917 г. Цитата из воззвания в газетах «Правда» и «Солдатская правда».
***
И ещё несколько антиресных цитат.

В СССР НЕ БУДЕТ МЕСТА ГОСУДАРСТВУ
«Социалистическое общество -- это такое общество, в котором не будет места ТАК НАЗЫВАЕМОМУ ГОСУДАРСТВУ, ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ С ЕЕ МИНИСТРАМИ, ГУБЕРНАТОРАМИ, ЖАНДАРМАМИ, ПОЛИЦЕЙСКИМИ И СОЛДАТАМИ. Последним этапом существования государства будет период социалистической революции, когда пролетариат захватит в свои руки государственную власть и создаст свое собственное правительство (диктатуру) для окончательного уничтожения буржуазии. Но когда буржуазия будет уничтожена, когда будут уничтожены классы, когда утвердится социализм, тогда не нужно будет никакой политической власти».

НАШ КУРС -- В ДЕМОКРАТИЧЕСКУЮ ЕВРОПУ!
"Почему в различных государствах существуют различные формы национального гнета, почему в одном государстве национальный гнет более тяжел и груб, чем в другом? Например, в Англии и в Австро-Венгрии национальный гнет никогда не принимал погромных форм, но он существовал в виде ограничений национальных прав угнетенных народностей.
Между тем в России он принимает нередко форму погромов и резни.
В некоторых же государствах специальных мер против национальных меньшинств вовсе не имеется. Например, нет национального гнета в Швейцарии, где живут свободно французы, итальянцы, немцы. В Англии, где имеется известная степень демократизма и политической свободы, национальный гнет имеет менее грубый характер. Что касается Швейцарии, то она приближается к демократическому обществу, и в ней нации имеют более или менее полную свободу. Одним словом, чем демократичнее страна, тем слабее национальный гнет, и наоборот".
А «война, уносящая неисчислимые жертвы, все еще продолжается. Ее намеренно затягивают наживающиеся на ней разбойники, кровопийцы-банкиры.
Дороговизна душит городскую бедноту. А цены все растут во имя прихотей мародеров-спекулянтов.
Зловещий призрак голода и разорения носится над нами…»

Итого: барыжничество, убийства, обнищание, обезземеливание. Не правда ли, Сталин словно бы о насущном.

***
БРАТАТЬСЯ НАДО
Наконец, думаю, товарищ Коба горячо одобрил бы предложение Надежды Савченко противоборствующим сторонам "улыбнуться друг другу". Улыбка -- первый шаг к взаимопониманию, а в годы Первой мировой, уже через пару лет после её начала, процессы фронтового братания становились ответом душегубам-правителям, истреблявшим народ в войнах. Цитата:
"...жизнь в окопах, действительная жизнь солдат выдвинула новое средство борьбы – массовое братание. Нет сомнения, что братание само по себе есть лишь стихийная форма стремления к миру. Тем не менее, проведенное организованно и сознательно братание может превратиться в могучее средство в руках рабочего класса для революционизирования положения в воюющих странах.
Каково же отношение Исполнительного комитета к братанию?
Слушайте:
“Товарищи-солдаты! Не братанием достигнете вы мира... К гибели вас самих, к гибели русской свободы ведут люди, уверяющие вас, что братание -- путь к миру. Не верьте им”.
Так рассуждает Исполнительный комитет.
Но чем отличаются эти империалистические суждения Исполнительного комитета от контрреволюционного “приказа” генерала Алексеева, где братание на фронте объявляется “изменой”, а солдатам приказывают “вести нещадную борьбу с неприятелем”?"
4 мая 1917 г.

Tags: литература, сталин
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su february 18, 2019 14:57 26
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments