?

Log in

No account? Create an account
varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Category:

Врач-фтизиатр Войтюк: Украину ждет эпидемия туберкулеза



Врач-фтизиатр высшей категории 1-го тубдиспансера г. Запорожья Игорь Войтюк рассказал Украине.РУ о последствиях медицинской реформы, приведшей к тотальному закрытию тубдиспансеров и санаториев по всей стране


- Игорь Николаевич, какова у нас сейчас реальная ситуация с туберкулезом?

— Эпидемии формально пока нет, но с данной реформой она обязательно будет. В 1995-1997 гг. мы такое уже проходили — оптимизации, сокращения. Это привело к резкому увеличению заболеваемости туберкулезом. Максимальная заболеваемость была в 2005 году. Потом постепенно, когда пришли к системе выявления и лечения, когда появились препараты нового поколения, распространение болезни по статистике стало снижаться. Но в реальности падения заболеваемости туберкулезом нет, т.к. растет детская заболеваемость и заболеваемость внелегочным туберкулезом. Кстати, при советской власти внелегочной туберкулез мы победили полностью.

- Как мы пришли к такой плачевной ситуации?

— Когда в начале-середине 90-х началось первое реформирование, было много осужденных. В тюрьме очень высокая плотность населения. По нормам пенитенциарной системы на одного пациента в тюремной тубкамере необходимо не менее 2,5 квадратных метров. В наших же камерах было до 5, а в некоторых и до 12 туббольных. Это приводило к тому, что люди заражались. А лечения нормального тогда в тюрьмах не было.

О чем говорить, если в те времена не все даже получали зарплату. Вот и туберкулез лечили не так, как было положено при советской власти, а как придется, на что хватит денег. Соответственно и излечения не происходило, люди в тубзонах начали умирать. Начальство пенитенциарной системы схватилось за голову, так как у них повысились статистические показатели по смертности, а это им не надо, и тогда они придумали так называемую актировку пациентов по туберкулезу, т.е. освобождение, чтобы они умирали на свободе.

По приказу медики пенитенциарной системы таких пациентов должны были везти в ближайшее профильное лечебное учреждение, в нашей Запорожской области — это на Павло-Кичкасе. Но освобожденный судом по заболеванию, по закону, является свободным человеком. Пациент говорит, что не хочет лежать и уходит. Больному нужно ехать домой. Если он живет в Запорожье, это одно, а если где-то в другой области? На проезд в большинстве случаев, давалось 9 грн. А надо доехать до вокзала, это на трамвае 45-50 минут, и сесть, скажем, на электричку. Кто-то умудрялся бесплатно ехать, кого-то ссаживали. В любом случае, контактировали с большим количеством людей, и опять-таки напоминаю, полноценного количества препаратов не было. Вот так начал формировался штамм резистентного туберкулеза, которым заражались окружающие. Ну и плюс — те формы, что культивировались здесь, среди городского населения.

- То есть сейчас мы столкнулись с каким-то другим туберкулезом?




— На самом деле мы все инфицированы туберкулезом, до 20-30 лет мы заражаемся им все. Но не все болеют, потому что есть иммунитет, есть эмоциональная стабильность, относительно хорошее питание. А когда к нашему не очень сильному иммунитету добавляется штамм с резистентной формой, происходит мутация. Когда пациенты сейчас приходят на консультацию, очень трудно их убедить, что у них туберкулез, особенно если он не выделяет соответствующие микробактерии. Потому что классических симптомов, о которых мы знаем из «Дамы с камелиями», «Волшебной горы» или «Детей подземелья», где герои кашляли кровью, такого нет. Сейчас даже не у всех повышается температура. Есть слабость, покашливание, может быть немного худеют. Кто скажет, что это симптомы туберкулеза? Кашляю потому что курю, живу в Запорожье, худею потому что плохое питание, денег нет. А тем не менее, у многих проявляется это заболевание.

- Люди с такими симптомами могут и не приходить к врачу.

— Разумеется. А если такой пациент приходит в общелечебное учреждение? Палочки туберкулеза он не выделяет, а потому он начинает лечение как при пневмонии. По протоколу лечения пневмоний больных разрешается лечить т.н. фторхинолонами, один из представителей которых — офлоксацин. Фтизиатры просят, чтобы эти препараты не назначали. На этих препаратах уходят симптомы, уходит рентгенологическая картина, пневмония лечится очень хорошо. Но если это туберкулез, то в последствии происходит обострение и к этому препарату, который входит в перечень для лечения устойчивых форм туберкулеза, может появиться устойчивость. Лечение простого, впервые диагностированного туберкулеза идет полгода, пациентам дают минимум 4 вида препаратов, которые при «проклятом» коммунизме были самыми эффективными и это признают все фтизиатры.

- Этих препаратов уже нет?

— Они есть, но к ним вырабатывается резистентность, и, в этом случае, мы не имеем права их применять. Поэтому фармкомпании придумывают новые препараты, их масса и у них очень много побочных эффектов.

- То есть лечить туберкулез, особенно его резистентную форму, не в специализированных, а в общелечебных учреждениях — плохая идея? Расскажите о сути проводимой сейчас реформы.

— Согласно этой медреформе, в 2018-2019 гг. реформировали первичное звено медицины — это поликлиники. Все начинается с семейных врачей; каждый семейный врач набирает 1500-1700 пациентов. В 2020-2021 гг. должны были взяться за вторичное звено — узкие специалисты, стационары терапевтического профиля, кардиоцентры, пульманологические центры. А специализированные кожвендиспансеры, тубдиспансеры, СПИД-центры, наркодиспансеры относятся к третичному звену. По плану, мы должны были попасть под реформирование в 2021-2022 гг.

Суть в укрупнении участков и переносе части ответственности за финансирование на местные бюджеты. Изначально предполагался 1 фтизиатр на 50 000 взрослого населения. Потом появилась идея выделять финансирование на каждый выявленный и пролеченный случай. Теперь же ни с того ни с сего, видимо ради экономии бюджетных средств, решили сократить часть специалистов. Теперь на весь город останется 9 взрослых фтизиатров и 3 фтизиопедиатра.

- А сколько было?

— Очень много. Только в одном нашем диспансере работало 7-8 взрослых фтизиатров: на Жовтневый район — 2 врача, на Коммунарский — 5-6 врачей и плюс 2 фтизиопедиатра. Таких диспансеров было 4. 1-й тубдиспансер обслуживал Жовтневый и Коммунарский районы, 2-й — Орджоникидзевский и Заводской районы, 3-й — Хортицкой, Бородинский и Осипенковский, 4-й обслуживал Шевченковский район. На сегодняшний день остается 1 диспансер, где планируют обслуживать все районы города.

- И куда девать больных, если профильные учреждения закрываются?

— Помимо закрытия районных тубдиспансеров, сокращаются койки в областном. Если раньше там было 500 мест, то сейчас планируется где-то 200-220. Сокращаются и детские койки. Также сокращаются детские тубсанатории, в частности и Запорожский, которые буквально недавно благодаря немецким налогоплательщикам отремонтировали, поставили хорошее оборудование. Он находится на Зеленом Яру, в новостях даже показывали сюжет о том, как его оснастили современным оборудованием, а теперь санаторий сокращают. Что там будет находиться, я не знаю.

- Супермаркет?

— Это вряд ли, место не подходящее. Скорее профилакторий, гостиница, поликлиника для более нуждающихся.

- А ваш 1-й диспансер тоже закрывают?

— Из нашего в тот единственный, который остается, переходят 3 врача. Само здание кому-то передается. По непроверенным слухам, у всех трех зданий закрывающихся диспансеров уже есть владелец. Это при том, что за последние 4 месяца, например, в нашем здании за много лет впервые сделали крышу. Т.е. только сделали ремонт за госсчет и тут же передают в частные руки. И вот вопрос, а как пациенты со всего города будут ездить в единственный диспансер? Да, он в центре города, но из спальных районов туда час можно добираться, контактировать с людьми опять же. В общем, картина безрадостная. Специалисты прогнозируют рост туберкулеза.
— То, что в результате подобных реформ за государственный счет обогащаются малоизвестные частные лица, это, к сожалению, для нас ситуация нормальная. Но объясняли-то необходимостьмедреформы наверняка чем-то другим?

— Конечно. Первое — это экономия бюджета. А второе — сделать так, как на Западе. Там туберкулез лечится в основном амбулаторно, дома. Но сравните менталитет. Лечение дорогое. Там, если человек заболел и государство оплачивает ему часть лечения, он разумеется будет лечиться. Также он понимает, что, если он во время лечения выйдет из дома даже в магазин за булочкой, он нарушит закон, т.к. подвергнет опасности заражения окружающих. Есть волонтеры, которые принесут, если тебе что-то надо, но ты не должен выходить из дома. У нас же люди думают, что раз они дома, то не настолько все плохо, а значит можно гулять. Кроме того, лечение туберкулеза должно быть подконтрольным и ежедневным. Дело в том, что после 2-х недель приема препаратов пациент, как правило, начинает чувствовать себя неплохо, и он на этом фоне просто забывает принимать лекарства. А есть не принять таблетку вовремя, не исключено, что к ней разовьется резистентность. Туберкулез тоже борется за свое существование, пытается выжить, и, если видит неправильное лечение, быстро мутирует. Полугодичное лечение пациента с обычной формой заболевания стоит примерно 3-4 тысячи евро — столько платят, те кто покупал на Западе препараты. Лечение же резистентного туберкулеза и в 10 тысяч может обойтись.

- Если человека не лечить, как долго он сможет прожить?

— От полугода. Но это зависит от того, какие еще есть сопутствующие заболевания. Еще одна проблема в том, что помимо больных туберкулезом, есть контактные — это случайные контакты, семья и коллеги. Всех их надо проверять, а при необходимости брать на учет и периодически контролировать обследования, а иногда — проводить профилактическое лечение. А как сейчас проверить с кем человек работает, особенно если он трудится неофициально?

Раньше семейный врач работал на участке и знал всех вверенных ему больных, кто из них находится в зоне риска, кому нужно напомнить об обследовании. Врачи звонили, писали сообщения, медсестры даже ходили по домам и разносили бумажки — «не забудьте тогда-то прийти на обследование».

Сейчас человек просто заключает договор с понравившемся ему семейным врачом. А скажет ли он обо всех своих заболеваниях, чтобы выявить группу риска? Вряд ли это можно будет нормально контролировать. А ведь надо прийти посмотреть, в каких условиях живет пациент, есть ли у него дети. Сегодня часто туберкулез у взрослых выявляется по заболеванию у ребенка. Делают ребенку Манту — выявляют туберкулез. Обследуют семью, а там тоже, еще и с резистентными формами. Еще раз повторю, лечить туберкулез в общелечебном учреждении — плохая идея. Не все пациенты готовы афишировать свое заболевание. А психологический момент? Представьте, вывалить человеку — у вас туберкулез. Это психологический удар. У нас в штате есть психолог, мы всех пациентов через него проводим.

- Что будет с врачами после закрытия диспансеров?

— Пенсионеры будут вынуждены уйти на пенсию. Части врачей предложат переквалифицироваться в семейных врачей, но эта ниша у нас уже относительно заполнена. Когда я заканчивал мединститут, существовало много специальностей и терапевт (так по сути раньше назывался семейный врач) занимался только внутренними болезнями. Все остальное было ответственностью узких специалистов. В 90-е решили, что для терапевта это слишком мало, давайте на него возложим все, что только можно. Пытались даже убрать педиатрию и перевести педиатров в семейных врачей, но потом поняли, что делать это не надо. Так что сегодня у нас остались семейные врачи, педиатры и фармацевты — на эти специальности обучают в мединститутах.

Таким образом семейный врач должен заниматься выявлением всех болезней — инсультами, инфарктами, первичным скринингом онкозаболеваний, диабетами, беременными, не вставшими на учет в женскую консультацию, мониторингом туберкулеза, глаукомами. Теперь давайте на них возложим еще и лечение. Сейчас в перечне обследований, доступных семейному врачу, бесплатная флюорография, микроскопия мокроты, общий анализ крови, тропонин (это исследование для выявления некоторых сердечных заболеваний), ЭКГ, скрининг на гепатиты, тесты на беременность, какая-то часть биохимии. Если пациент вовремя не сделает, скажем, флюорографию, уже бесплатного приема у семейного врача не будет, пациенту предложат обратиться в частный центр. Забыл раз в два года (а для многих в т.н. группах риска нужно делать это ежегодно) сделать флюорографию и все. У нас все регулярно проходят флюорографию? Если остро не понадобилось, дай бог раз в 5 лет.

- Врачи никак не пытаются протестовать?

— Они боятся. Да и «моя хата с краю» тоже проявляется — а вдруг именно меня не тронут. Профсоюза по сути не существует, он нас не защитил. Формально он есть, но многие врачи, которые попадают под сокращение, пишут заявления о выходе из профсоюза, потому что ему не верят и не хотят оставшиеся два месяца платить профсоюзные взносы. Пытаются протестовать детские санатории, выпускают ролики о том, что они против, но этого мало.

.





Tags: медицина, социоцид
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 110 tokens
Зеленский, видимо, продолжает традицию Порошенко, считать, что дети Донбасса - это террористы. Сколько родилось за время войны, которые еще не знали слова "мир", уже не сосчитать. Сколько погибло их, сколько ранено, сколько потеряли своих родителей, уже не сосчитать тоже. Мой ребенок среди них... Я…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments