varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Category:

письма бискупского розенбергу (I)

письма бискупского розенбергу (I)
Скоро в издательстве "Пятый Рим" выйдет сборник "Пособники: исследования и материалы по истории отечественного коллаборационизма".

Оформить предзаказ можно здесь.

Ниже моя вступительная статья к опубликованной в нем переписка В. Бискупского (и П. Шабельского-Борка) с А. Розенбергом (и А. Шикеданцем), впервые опубликованная в паблике "Цифровая история".



"Повсюду распространил слух, что я ничего не добился": переписка В. Бискупского с А. Розенбергом

Контекст

Сотрудничество белоэмигрантов правых и крайне правых убеждений с национал-социалистами в годы Веймарской республики притягивает внимание историков уже не одно десятилетие[1]. В силу естественных причин это сотрудничество в различные периоды времени принимало разные формы, его векторы и акценты постоянно смещались, следуя изменениям как политической обстановки, так и баланса сил обеих сторон.
В самом начале 1920-х гг. русские монархисты обладали лучшими источниками финансирования и более устоявшейся идейной базой в сравнении с едва образовавшейся и малочисленной Национал-социалистической рабочей партией Германии (НСДАП). В то же время в ряды национал-социалистов достаточно активно вступали балтийские немцы, бежавшие в Германию от революционных бурь в их бывшем отечестве, вследствие чего ненависть к большевизму и антидемократизм наряду с антисемитизмом оказались тем общим фундаментом, на котором строились идеологические установки обоих движений, тем самым способствуя их сближению.
К началу 1930-х гг. роли кардинально переменились. В июле 1932 г. НСДАП получила на выборах 37,3% голосов, став со значительным отрывом самой популярной партией в стране, положение же политически-активных эмигрантов было весьма плачевным. Внутри диаспоры множились расколы и скандалы, сопровождавшиеся общей потерей политической перспективы после десяти лет в изгнании. Советская власть тем временем закрепляла свои позиции за рубежом, включая признание ее западными державами, что рушило надежды эмигрантов на продолжение борьбы. Питавшие их прежде финансовые источники давно оскудели, былые «серые кардиналы» эмиграции балансировали на грани личного банкротства. Приход нацистов к власти был воспринят как последний шанс выставить к оплате счета за былые заслуги.

Действующие лица

Василий Викторович Бискупский[2] родился 27 июня 1878 г. в Харьковской губернии[3]в семье мирового судьи Виктора Ксавьеревича Бискупского[4]. Закончив кадетский корпус в Санкт-Петербурге и Николаевское кавалерийское училище, выпущен в Лейб-гвардии конный полк. Участвовал в Русско-японской и Первой мировой войнах, был тяжело ранен, многократно награжден. В 1911 г. произведен в полковники, в 1916 г. – в генерал-майоры. Окончил войну в должности командира дивизии[5]. В июне 1918 г. назначен гетманом Скоропадским командиром кавалерийской дивизии (в составе вооруженных сил провозглашенной Украинской державы), в начале декабря – командиром базировавшегося в Одессе кавалерийского корпуса, существовавшего, однако, только на бумаге[6]. Из Одессы через Сербию и Чехию попал в Берлин[7].
Тем или иным образом он был связан с тремя крупными политическими авантюрами 1919–20 гг. – созданием так называемого «Западно-русского правительства» (которое сам и возглавлял), капповским путчем и «Белым интернационалом»[8]. По сведениям французской разведки, в мае 1920 г. в Баварии было организовано «Украинско-баварское экспортно-импортное общество», которое, с одной стороны, должно было поддерживать армию генерала Врангеля на юге России, а с другой – способствовать организации немецких концессий на Украине[9]. На немецкой стороне это общество поддерживали генерал Эрих Людендорф[10]и другие бывшие участники капповского путча, на русской – Бискупский, в качестве посредников фигурировали балтийские немцы Макс фон Шойбнер-Рихтер[11](который даже успел побывать в Крыму) и Альфред Розенберг.
Альфред Розенберг[12]родился 12 января 1893 г. в Ревеле, закончил там реальное училище, затем поступил в Рижский политехнический институт, который после начала Первой мировой войны был эвакуирован в Москву, где Розенберг и получил диплом архитектора в начале 1918 г. От русской революции Розенберг бежал сначала в Ревель, а затем транзитом через Берлин в Мюнхен, где свел знакомство с публицистом крайне правого толка Дитрихом Эккартом[13], в журнале которого «Auf gut Deutsch» («Без обиняков») начал публиковаться. Вскоре он познакомился с Адольфом Гитлером (после чего вступил в немецкую рабочую партию, преобразованную в феврале 1920 г. в НСДАП) и с Шойбнером-Рихтером, который тоже раньше учился в Рижском политехническом и входил в общую с Розенбергом студенческую корпорацию «Рубония».
Еще один их однокашник и товарищ по корпорации Арно Шикеданц родился 27 декабря 1892 г. в Риге. И он был эвакуирован в Москву вместе с институтом, и он получил там в начале 1918 г. свой диплом инженера-химика. Вернувшись в оккупированную немецкими войсками Ригу, Шикеданц вместе с еще одним «рубоном» Отто фон Курселем[14], поступил работать в немецкое пресс-бюро, возглавлявшееся Шойбнером-Рихтером. После капитуляции Германии и вывода немецких войск из Латвии Шикеданц вслед за Курселем и Шойбнером-Рихтером уехал в Мюнхен.
Четвертый участник переписки Петр Николаевич (?) Попов родился 5 мая 1893 г.[15], учился в Харьковском университете, в 1914 г. пошел добровольцем на фронт, был произведен в прапорщики, в 1916 г. – в корнеты. Находясь в Петрограде в отпуске по ранению, вероятно, познакомился с писательницей Е.А. Шабельской-Борк, которую называл крестной матерью и фамилию которой впоследствии взял[16]. В марте 1917 г. оставил армию, после октябрьской революции был арестован в Петрограде, судим революционным трибуналом за дезертирство и участие в монархическом заговоре, приговорен к общественным работам, впоследствии амнистирован. Познакомился в тюрьме с полковником Федором Винбергом[17]. Ездил в Екатеринбург в тщетной надежде освободить из-под ареста Николая II[18]. В конце 1918 г. оказался в Киеве, где снова встретился с Винбергом и вместе с ним отправился в Берлин[19]. Летом 1919 г. Винберг начал издавать альманах «Луч света» и газету «Призыв», его главными помощниками при этом были Шабельский-Борк и Сергей Таборицкий[20]. После капповского путча «Призыв» объявил о банкротстве, Винберг перебрался в Мюнхен и за ним, напоследок выпустив в Берлине третий номер «Луча света», последовал и Шабельский-Борк.

«Ауфбау»

В начале 1921 г. Бискупский окончательно переселился в Мюнхен. По сравнению с Берлином, в котором с русскими монархистами сосуществовали кадеты, эсеры и меньшевики, в столице Баварии концентрировались представители правого крыла эмиграции, чему способствовало и лояльное отношение властей к правым вообще и к лицам, поддерживавшим капповский путч, в частности[21]. Здесь Бискупский снова встретился с Шойбнером-Рихтером, вместе с которым основал «хозяйственно-политическое общество помощи Востоку Aufbau» («Восстановление»). Устав организации предусматривал поддержку политики, направленной на хозяйственное восстановление государств, образовавшихся на территории бывшей Российской Империи, и при этом отвечающей национальным интересам Германии[22]. Председателем общества стал баварский промышленник Теодор фон Крамер-Клетт,[23]исполнительным директором – Шойбнер-Рихтер.
Практически одновременно с экономической была создана и политическая организация «Немецко-русское общество», чуть позже получившее название «Erneuerung» («Обновление»)[24], с немецкой стороны его возглавляли все тот же Шойбнер-Рихтер и фабрикант Теодор Хойс[25], с русской – Бискупский и генерал Николай Епанчин[26]. Роль идеолога общества играл журналист Георгий Немирович-Данченко[27], познакомившийся с Шойбнером-Рихтером еще во время поездки того в Крым[28]. Весной 1921 г. Немирович-Данченко выступил на вечере нового общества, а затем и на собрании НСДАП в пивной «Хофбройхаус» с докладом, в котором доказывал, что Германия невиновна в развязывании Первой мировой войны, а виновен в нем еврейский капитализм[29].
Общество «Ауфбау» издавало одноименный журнал на русском и немецком языках[30], и еженедельную газету «Wirtschaftspolitische Aufbau-Korrespondenz» («Хозяйственно-политические корреспонденции Aufbau»), содержание которой составляли полученные из вторых рук новости о событиях в Советской России и обзор русских эмигрантских газет. Главным политическим успехом «Ауфбау» стало проведение в мае–июне 1921 г. в баварском городке Бад Рейхенгаль т.н. «съезда хозяйственного восстановления России», на который съехалось более ста российских монархистов[31]. Средства на организацию съезда выделил один из главных спонсоров «Ауфбау» (и муж двоюродной сестры Бискупского) Борис Кеппен[32], получивший крупное наследство после смерти отца.
Петр Шабельский-Борк был связан с «Ауфбау» лишь формально. Летом 1920 г., через два месяца после его приезда в Мюнхен, баварские власти попросили его покинуть город (очевидно, потому что он не нашел официальной работы). Несколько следующих месяцев он жил в Мюнхене нелегально, за что в начале 1921 г. получил штраф. Вновь образовавшееся «Русско-немецкое общество» (впоследствии «Erneuerung») в марте поручилось за него перед полицией[33], сообщив, что принимает его на должность второго секретаря[34]. Однако, по всей видимости, эта гарантия была фиктивной: в сохранившихся документах «Ауфбау» Шабельский-Борк не фигурирует. Зарабатывал на жизнь в Мюнхене он поденной редакторской работой[35]. В январе 1922 г. в Мюнхен переехал его старый приятель Таборицкий. Вместе с ним в конце марта Шабельский-Борк отправился в Берлин, где участвовал в покушении на П.Н. Милюкова[36], во время которого был убит В.Д. Набоков[37]. На последовавшем процессе Шабельский-Борк был приговорен судом к 12 годам каторжных работ.
В отличие от Шабельского-Борка Альфред Розенберг оставил след в документации «Ауфбау». В августе 1921 г. Шойбнер-Рихтер обратился в мюнхенскую полицию с просьбой разрешить пяти сотрудникам, занятым в конторе «Ауфбау», ношение пистолетов. В их число вошли Розенберг, Шикеданц и Немирович-Данченко[38]. Однако, брошюры Розенберга этого периода, носившие большей частью антисемитский и антибольшевистский характер, публиковались в мюнхенском Deutscher Volks-Verlag, никак с «Ауфбау» не связанным[39]. Сам же Розенберг уделял все большее внимание «Фёлькишер Беобахтер», который стал центральной газетой НСДАП и с марта 1923 г. выходил ежедневно (тогда же Розенберг сменил Эккарта на посту главного редактора). Существенно более важную роль играл в структуре «Ауфбау» Шикеданц, который занимал должность второго секретаря общества, якобы предназначавшуюся изначально Шабельскому-Борку[40]. Через него шел весь документооборот

«Ауфбау».

У нас нет сведений о том, насколько успешной была экономическая деятельность общества. По одному из свидетельств «денег с трудом хватало на помещение и издание журнала»[41]. В 1922 г. было издано также несколько книг, в частности, антиверсальская и антисемитская брошюра «Движущие силы мировой политики». Однако насколько можно судить по сохранившимся отчетам, развитие «немецко-русского общества» шло скорее в уютно-буржуазном, чем в политически-протестном духе: устраивались званые вечера, были организованы русский хор и женский клуб[42].
В 1922–23 гг. «Ауфбау» не удалось развить успех первого года своего существования. Бушевавшая в Германии инфляция уничтожила большую часть состояния председателя общества Крамера-Клетта и вообще крайне затрудняла любую коммерческую деятельность. Борис фон Кеппен делил свои инвестиции между между «Ауфбау» и созданным на съезде в Бад Рейхенгале Высшим монархическим советом, его попытка созвать в сентябре 1922 г. второй съезд, хотя и была одобрена баварским правительством[43], не увенчалась успехом. Кроме того в среде самих монархистов наметился и к осени 1922 г. окончательно оформился раскол между сторонниками Великого князя Кирилла Владимировича[44], считавшими его законным претендентом на российский престол, и его противниками. Бискупский, и вслед за ним все общество «Ауфбау», безоговорочно встали на сторону Кирилла[45], в то время как Высший монархический совет занял нейтрально-выжидательную позицию[46]. Поддержка Великого князя Кирилла, с одной стороны, добавила средств в опустевшую казну «Ауфбау», но в то же время положила конец прожектам по объединению всех монархистов в эмиграции.
Наконец, постепенно оформлялась и закреплялась идеология НСДАП. Если до 1922 г. нацистские ораторы выражали надежду на то, что в России вскоре победят «национальные силы», и русские эмигранты из «Ауфбау» казались воплощением этих самых сил, то в последующих выступлениях прежнее программное равенство «евреи – большевики» было растянуто и на русских, в чьих жилах, по мнению Розенберга, монгольская кровь победила нордическую, вследствие чего они и поддержали революцию[47]. Кроме того, быстро стало очевидным, что планы русских эмигрантов по захвату власти в России являлись чистой воды авантюрой[48], а постянные раздоры и склоки в эмигрантской среде также не добавляли доверия к ней. Политические пути нацистов и эмигрантов начали расходиться. Фактически, единственным связующим звеном между «Ауфбау» и быстро растущей НСДАП оставался близко сошедшийся с Гитлером Шойбнер-Рихтер[49]. Осенью 1923 г. при посредничестве Людендорфа и Шойбнера-Рихтера супруга Великого князя Кирилла Виктория[50]вложила значительные средства в коммерческие операции в Венгрии и Румынии. По мнению Бискупского, они были вполне в русле деятельности «Ауфбау», пускай речь шла не о бывшей Российской Империи, а о юго-востоке Европы (Кеппен, к которому Бискупский также обращался, денег не дал). Предприятие закончилось крахом: деньги пропали[51].
Шойбнер-Рихтер был активным организатором «пивного путча» и погиб в ходе столкновения восставших с полицией 9 ноября 1923 г. Хотя Бискупский напрямую не участвовал в путче[52], баварская полиция потребовала от него 23 ноября покинуть территорию Баварии. Генерал опротестовал это решение и ему разрешили остаться, хотя еще несколько месяцев полиция упорно искала подтверждение возникшей в Берлине[53]смелой теории о том, что путч Гитлера был организован Москвой и посредником в этой комбинации выступал именно Бискупский[54]. Если верить позднему рассказу, генерал некоторое время колебался, кто должен сменить Шойбнера-Рихтера на посту главы «Ауфбау»: Шикеданц или Курсель. Первый без сомнения лучше ориентировался в делах общества и был лоялен Бискупскому[55], второй был более известен и имел тесные связи с нацистской верхушкой. Генерал выбрал Курселя, как «старшего по возрасту».

Комментарии
[1] Laqueur W. Russia and Germany: A Century of Conflict. London, 1965; Stephan J.The Russian Fascists: Tragedy and Farce in Exile, 1925–1945. New York, 1978; Williams R. Culture in Exile. Russian Émigrés in Germany; 1881–1941. London, 1972; Dodenhoeft B. «Lasst mich nach Russland heim»: russische Emigranten in Deutschland von 1918 bis 1945. Frankfurt/M.,1993; Baur J. Die russische Kolonie in München 1900–1945: deutsch-russische Beziehungen im 20. Jahrhundert. Wiesbaden, 1998; Kellogg M. The Russian Roots of Nazism: White Émigrés and the Making of National Socialism, 1917–1945. Cambridge, 2005; Jdanoff D. «Russische Faschisten». Der nationalsozialistische Flügel der russischen Emigration im Dritten Reich. Humboldt-Universität zu Berlin (Magisterarbeit), 2003 и др.
[2] См. биографические очерки: Dodenhoeft B. Vasilij Biskupskij – Eine Emigrantenkarriere in Deutschland // Schlögel, K. (Hrsg.). Russische Emigration in Deutschland 1918 bis 1941. Leben im europäischen Bürgerkrieg. Berlin, 1995. S. 219–227; Серегин А.В. Генерал В.В. Бискупский в движении монархистов-легитимистов // Историческая и социально-образовательная мысль. Том. 9. № 1. Часть 1. 2017. С. 79–88.
[3] Дата рождения по послужному списку от 30.12.1917 // Российский государственный военный архив (РГВА) Ф. 772 Оп. 3 Д. 81а. Л. 19 (дату списка см. Л. 35) Примечательно, что в Германии Бискупский указывал другие данные: 27 июня 1879 г. в Санкт-Петербурге // Stadtarchiv München, Meldekarte Biskupski Wasily.
[4] С 1882 г. действительный статский советник. Впоследствии председатель уездного дворянства и в 1896–99 гг. вице-губернатор Томска. См. Кобелев А.И. Начальные люди Томской губернии. Исторические портреты 1804–1917. Litres, 2017.
[5] Послужной список // РГВА Ф. 772 Оп. 3 Д. 81а. Л. 19–28.
[6] Там же, Л. 35. О деятельности Бискупского в Одессе см. Маргулиес М.С. Год интервенции. Книга первая. Берлин, 1923. С. 54–114.
[7] Серегин А.В. Ук. соч. С.80.
[8] О последнем сюжете см. Alforde N. The White International: Anatomy of a Transnational Radical Revisionist Plot in Central Europe after World War I. D. Phil. thesis. University of Bradford, 2013.
[9] Alforde. The White International. P. 139. См. о том же в Сводке донесений особого отдела ВЧК от 23.09.1920 и сообщении особого агента ВЧК от 01.10.1920 // Русская военная эмиграция 20-х – 40-х годов. Документы и материалы. Сост. И.И. Басик и др. Том 1. Так начиналось изгнанье. Кн. 1. Исход. М., 1998. С. 163, 175–178.
[10] Людендорф Эрих (1865–1937), немецкий военачальник, впоследствии политик крайне правых взглядов. Во время Первой мировой войны заместитель начальника генерального штаба. Покровительствовал капповскому путчу, принимал непосредственное участие в «пивном путче», но осужден не был. После поражения на выборах рейхспрезидента в 1925 г. постепенно ушел из политики.
[11] Шойбнер-Рихтер Макс фон (1884–1923), родился в Риге как Макс Рихтер, в 1912 г. женился на Матильде фон Шойбнер (1855 – после 1952). Во время Первой мировой войны дипломат в немецком МИДе, впоследствии публицист крайне правого толка, играл активную роль в становлении НСДАП.
[12] См. биографию: Piper E. Alfred Rosenberg: Hitlers Chefideologe. München, 2015.
[13] Эккарт Дитрих (1868–1923), немецкий публицист и издатель, оказал большое влияние на генезис идей Гитлера и Розенберга, в 1921–23 гг. главный редактор «Фёлькишер Беобахтер».
[14] Курсель [Курзель] Отто фон (1884–1967), немецкий художник балтийского происхождения, впоследствии нацистский функционер, директор Берлинской высшей школы искусств. Его краткую биографию см.: Piper E.Alfred Rosenberg... S. 55–56.
[15] Существуют довольно убедительные аргументы в пользу того, что настоящее отчество П.Н. Попова – Никифорович, а место рождения – не Кисловодск, как он указывал в Германии, а Таганрог. Вероятно, смена отчества связана с легендой о дворянском происхождении.
[16] Как справедливо отметила О. Макарова: «“Крещение” Попова Елизаветой Шабельской имело, скорее всего, символический, политический характер, поскольку родился он... когда Шабельская находилась в Германии... а его двойной псевдоним отсылает к 1905 году, когда Шабельская вышла замуж за А.Н. Борка. Кроме того, по церковным канонам крестный не мог быть усыновителем и дать свою фамилию крестнику». См.: Макарова О.Е. «Уж если Суворин, изобретший её, отвернулся...». «Дело Шабельской» и участие в нем издателя «Нового времени» // «Новое литературное обозрение». № 85, 2007. С. 100–120.
[17] Винберг Федор (1868–1927), русский офицер, участник Первой мировой войны, в эмиграции – публицист и издатель крайне правого толка.
[18] Протокол допроса П.Н. Попова-Шабельского, 4 июня 1921 г. // Н.А. Соколов. Предварительное следствие 1919–1922 гг. Сост. Л.А. Лыкова. М., 1998. С. 304.
[19] Anlage 4 zum Bericht vom 30.03.1922, S. 6–7. Bayerisches Hauptstaatsarchiv (BayHStA), Minn71624.
[20] Таборицкий Сергей (1897–1980) родился в семье петербуржской мещанки, впоследствии купчихи второй гильдии Анны Таборицкой, которая была крещеной еврейкой. Большая часть биографических сведений, излагавшихся им в немецких анкетах, выдумана. В 1922 г. приговорен к 14 годам каторжных работ по обвинению в убийстве, в 1927 г. амнистирован. В 1936 г. стал заместителем начальника управления делами российской эмиграции в Берлине, с 1940 г. – член НСДАП. После войны остался в Западной Германии, однако вел затворнический образ жизни, не участвуя в эмигрантской политической деятельности.
[21] Следует, впрочем, учитывать, что общее количество русских эмигрантов в Мюнхене на общенемецком фоне было ничтожно: тысяча против пятисот тысяч. По численности в Мюнхене см. Baur J. Russische Emigranten und die bayerische Öffentlichkeit // Beyer-Thoma H. (Hrsg.), Bayern und Osteuropa: aus der Geschichte der Beziehungen Bayerns, Frankens und Schwabens mit Rußland, der Ukraine und Weißrußland. Wiesbaden, 2000. S. 462. По общей численности в Германии см. Dodenhoeft B. «Lasst mich nach Russland heim»... S. 10.
[22] Выдержка из устава опубликована в журнале «Aufbau», München, № 2/3, 1921.
[23] Крамер-Клетт Теодор фон (1874–1938), немецкий промышленник и меценат.
[24] Краткое описание обоих обществ и имена руководителей см. в справке Шойбнера-Рихтера, б/д [1922] // Staatsarchiv München (StaMü) Pol. Dir. Mü. 17922, Bl. 12.
[25] Хойс Теодор (1872–1931), владелец бумажной фабрики в Мюнхене, участвовал в 1919 г. в покупке «Franz-Eher-Verlag», ставшего впоследствии центральным издательством НСДАП.
[26] Епанчин Николай (1857–1941), русский военачальник, генерал, участник Первой мировой войны, в 1921–1923 гг. проживал в Мюнхене, впоследствии переехал на юг Франции.
[27] Немирович-Данченко Георгий (1889–1939), русский журналист, с июня по октябрь 1920 г. начальник отдела печати при Гражданском управления Правительства Юга России. В эмиграции в Мюнхене, затем во Франции. В 1938 г. на некоторое время вернулся в Германию и работал в газете «Новое слово», но в связи с развившейся манией преследования был вынужден покинуть Берлин.
[28] Немирович-Данченко Г.В. В Крыму при Врангеле. Берлин, 1922. С. 80–81.
[29] См. отчеты о докладах в полицейском досье Немировича-Данченко. StaMü Pol. Dir. Mü. 15537. Unpag. В собрании принимал участие и Гитлер.
[30] В 1922–23 гг. журнал сменил название на «Erneuerung» и стал выходить только на немецком.
[31] О выступлении Шойбнера-Рихтера на съезде и в его кулуарах см. в мемуарах А. Гершельмана: Гершельман А.С. Эмиграция // Верная гвардия. Сост. А.А. Иванов. М., 2008. С. 506, 533–534.
[32] Кеппен Борис (1887–?), русский предприниматель, член Высшего монархического совета. В декабре 1933 г. графиня Воронцова-Дашкова обратилась к Гитлеру с просьбой материально поддержать ныне разорившегося и не имеющего средств на лечение Кеппена. В поддержке было отказано, так как ни Розенберг, ни Шикеданц не смогли вспомнить, что Кеппен предоставлял средства непосредственно для «Ауфбау» (см. переписку в BA R43II/1488, Bl. 52–55). Тем не менее, впоследствии, в 1941 г. служил делопроизводителем в ведомстве Розенберга.
[33] В качестве любопытного курьеза отметим, что первое знакомство Бискупского и Шабельского-Борка за год до того было вовсе не безоблачным. В феврале 1920 г. «Призыв» опубликовал подписанный Бискупским договор займа между Западно-русским правительством и берлинским отделением банкирского дома Моргана, сопроводив его резким комментарием. На следующий день в редакции раздался звонок якобы немецкого чиновника, отвечающего за охрану общественного порядка. Мнимый чиновник (угрозы которого редакция приняла всерьез) призвал газету отказаться от нападок на генерала. См. Русский офицер. Цена крови // «Призыв» (Берлин), № 43, 19.02.1920; Редакция. Необходимое разъяснение // «Призыв» (Берлин), № 47, 23.02.1920.
[34] Polizeidirektion München. Bericht vom 30.03.1922. S. 2. BayHStA, Minn71624.
[35] Граф Г.К. На службе Императорскому Дому России. 1917–1941. Воспоминания. Спб., 2004. С. 42–44.
[36] Милюков Павел (1859–1943), русский историк и политический деятель, глава партии кадетов, выступивший в ноябре 1916 г. в Государственной Думе с речью, резко критиковавшей политику царского правительства и конкретно царскую семью. Именно эта речь, как утверждал на суде Шабельский-Борк, стала причиной покушения.
[37] Набоков Владимир (1869–1922), русский юрист и политический деятель, Один из лидеров партии кадетов. В Берлине издавал газету «Руль». Был убит на организованной газетой лекции Милюкова.
[38] Brief vom 31.08.1921. StaMü Pol. Dir. Mü. 15537. Unpag.
[39] Известная книга карикатур «Totengräber Rußlands» («Могильщики России») с предисловием Розенберга, рифмованными текстами Эккарта и рисунками Курселя тоже вышла в Deutscher Volks-Verlag.
[40] Abschrift der Mitteilung des Registergerichts vom 16.05.1923. StaMü Pol. Dir. Mü. 15537. Unpag.
[41] Граф Г.К. На службе Императорскому Дому России... С. 49.
[42] Erneuerung, München, № 4, 1923, S. 3–4.
[43] Brief Koeppen an den bayerischen Innenminister Schweyer vom 17.06.1922. BayHStA, Minn71624.
[44] Великий князь Кирилл Романов (1876–1938), двоюродный брат Николая II, на 1922 г. старший по порядку престолонаследия представитель российского императорского дома.
[45] В частности, весь номер Wirtschaftspolitische Aufbau-Korrespondenz от 16.08.1922 посвящен декларациям Великого князя Кирилла от 08.08.1922, в которых он обратился к русскому народу и российской армии и объявил себя блюстителем престола.
[46] Граф Г.К. На службе Императорскому Дому России... С. 51.
[47] Baur J. Russische Emigranten und die bayerische Öffentlichkeit. S. 472–473; Baur J. Die Revolution und die «Weisen von Zion». Zur Entwicklung des Russlandbildes in der frühen NSDAP // Koenen G., Kopelew L. (Hrsg.) Deutschland und die russische Revolution1917–1924. München, 1998. S. 188–189.
[48] Ср.: «Удивительно, с каким оптимизмом русские и балты надеялись на освобождение их страны... Царила полная неразбериха и при различии устремлений было невозможно привести ее к порядку, не хватало и финансовых средств». См.: Ludendorff E. Meine Lebenserinnerungen1919–1925. München, 1941. S. 204.
[49] См. запись беседы с Матильдой фон Шойбнер-Рихтер от 09.07.1952. Institut für Zeitgeschichte München. Archiv (IfZ München). ZS-292. S. 2–3. Ср. также в позднейшей передаче Бискупского: «Уже с 1922 г. Шойбнер-Рихтер уделял почти все свое внимание национал-социалистическому движению, некоторые ведущие члены которого симпатизировали деятельности Ауфбау и сотрудничали с ним» // Bericht über die russischen monarchistischen Organisationen in der Emigration vom18.10.1935, S. 6. // Bundesarchiv Berlin (BA), NS19/1839.
[50] Виктория Саксен-Кобург-Готская (1876–1936), внучка британской королевы Виктории и российского императора Александра II, во втором браке жена Великого князя Кирилла. Брак был заключен вопреки прямому запрету Николая II, и стал впоследствии камнем преткновения при обсуждении законности притязаний Кирилла на российский престол.
[51] Zeugenaussage Biskupsky vom 11.03.1930. IfZ München. MA128/5. Unpag. Согласно мемуарам секретаря Великого князя Кирилла вырученные из этих коммерческих операций средства должны были идти в том числе и в казну НСДАП. См.: Граф Г.К. На службе Императорскому Дому России... С. 82. Однако, вывод, что Великая княгиня Виктория таким образом финансировала НСДАП неверен: спекуляции оказались неудачными и привели к банкротству фирмы, никакой прибыли они не принесли.
[52] Популярная история о том, что Гитлер якобы скрывался после путча в доме Бискупского, является мифом.
[53] Вероятно, по доносу антилегитимистских эмигрантских кругов. См. сообщение Временного комитета Русского легитимно-монархического союза от 10.01.1924 // Русская военная эмиграция 20-х – 40-х годов. Документы и материалы / Сост. И.И. Басик и др. Том 5. Раскол. М., 2010. С. 126–129.
[54] Brief des Reichskommissars für die Überwachung der öffentlichen Ordnung an die Polizeidirektion München vom 01.02.1924. BayHStA, Minn 71625.

окончание
Tags: вторая мировая война, коллаборационизм, нацизм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo mgu68 october 14, 09:34 21
Buy for 110 tokens
Начну с главного: нужна срочная помощь психологу Борису Петухову, который занимается психореабилитацией детей Донбасса. Времени катастрофически мало. Пост создан близким другом семьи психолога, преподавателя и правозащитника Елены Алекперовой mgu68 и ее мужа, доктора наук, психолога,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment