varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Category:

125 лет со дня рождения Валькирии русской революции Ларисы Рейснер


Лариса Рейснер (1895-1926) - поэт, писатель, журналист, комиссар отряда разведки Волжской военной флотилии, комиссар Морского Генерального штаба.

Ее называли Валькирией Революции.
"Стройная, высокая, в скромном сером костюме английского покроя, в светлой блузке с галстуком, повязанным по-мужски, — так живописал ее поэт Всеволод Рождественский. — Плотные темноволосые косы тугим венчиком лежали вокруг ее головы. В правильных, словно точеных, чертах ее лица было что-то нерусское и надменно-холодноватое, а в глазах острое и чуть насмешливое".

Женщина-комиссар из "Оптимистической трагедии" Всеволода Вишневского – это Лариса Рейснер. Она родилась 1 мая 1895 года в Люблине (Польша) в семье профессора права Михаила Рейснера как раз в Вальпургиеву ночь. Род Рейснеров якобы шел от крестоносцев - рейнских баронов. Отец Ларисы  личность весьма примечательная. Известно его сочинение на соискание степени доктора философии "Трактат о Божественном происхождении царской власти".  Мать , Екатерина Александровна, урожденная Хитрово, была женщина очень элегантная, талантливая и благородная. Hаверное от нее и получила Лариса фанатичную любовь к изящной словесности... Екатерина Александровна находилась в родстве с Храповицкими и военным министром генералом Сухомлиновым.


Жили Рейснеры на Петербургской стороне по Большой Зелениной. Революционно настроенный глава семейства читал, имевшие успех, лекции для рабочих. В годы Первой мировой войны она вместе с отцом основала журнал "Рудин" (взяв в качестве названия фамилию известного тургеневского персонажа, борца за справедливость). Журнал был заявлен как издание, призванное "клеймить бичом сатиры и памфлета все безобразие русской жизни, где бы оно не находилось". Девушка проявила себя прекрасным организатором: искала средства на журнал, закупала бумагу, договаривалась с типографами, вела переговоры с цензурой. Издание просуществовало недолго, но стало школой публичной деятельности для Ларисы.

Одаренная от природы неординарными внешними данными (что отмечается в мемуарах практически всех, знавших ее), уверенная в успешности своих первых литературных опытов (подписывала их мужским псевдонимом "Лео Ринус"), она довольно быстро стала известной в кругах столичной интеллигенции — прежде всего творческой.
По мнению ряда окружавших ее мастеров слова (А. Блок, З. Гиппиус, Вс. Рождественский), поэтический талант Л.М. Рейснер уступал ее красоте, а несколько манерный стиль не соответствовал бурной, страстной натуре автора.

И Февральскую революцию, и большевистский переворот семья Рейснер приняла восторженно.
Вот как описывала Лариса Михайловна свое посещение Зимнего дворца в первые часы после Октябрьского переворота:
"Там, где жили цари последние пятьдесят лет, очень тяжело и неприятно оставаться. Какие-то безвкусные акварели, Бог знает кем и как написанные, мебель модного стиля "модерн"… Какие буфеты, письменные столы, гардеробы! Боже мой! Вкус биржевого маклера "из пяти приличных комнат" с мягкой мебелью и альбомом родительских карточек.
Очень хочется собрать весь этот пошлый человеческий хлам, засунуть его в царственный камин и пожечь все вместе во славу красоты и искусства добрым старым флорентийским канделябром".

В годы Гражданской войны Лариса Рейснер была культпросветработником — "комиссаршей", сражалась на Восточном фронте и прошла вместе с Волжской военной флотилией весь ее боевой путь, начавшийся в Казани в 1918. Вместе с солдатами и матросами "комиссарша" она голодала, мерзла, страдала от вшей. Успевала, несмотря ни на что, писать в то же время домой "Письма с фронта", позднее вошедшие в книгу "Фронт" (1924). Журналистский талант ее окреп в испытаниях. Пройдя, по ее словам, "с огнем тысячи верст от Балтики до персидской границы", она близко познакомилась с множеством людей. Среди них был и Б. Савинков — бывший руководитель Боевой организации партии социалистов-революционеров, а в те годы — руководитель "Союза защиты родины и свободы".

На фронте Л.М.Р ейснер встретила своего будущего мужа — командующего Волжской флотилией Ф.Ф. Раскольникова, который до нее был влюблен в Коллонтай.

Осип Мандельштам, несколько раз навещавший мятежную чету в 1920 году  в их новой квартире рассказывал, что Раскольников с Ларисой жили в голодной Москве по настоящему роскошно – особняк, слуги, великолепно сервированный стол. Этим они отличались от большевиков старого поколения, долго сохранявших скромные привычки. Своему образу жизни Лариса с мужем нашли соответствующее оправдание: "мы строим новое государство, мы нужны, наша деятельность – созидательная, а поэтому было бы лицемерием отказывать себе в том, что всегда достается людям, стоящим у власти".
16 апреля 1921 года советское представительство численностью в 32 человека убыло из Москвы в Кабул. Это назначение для бывшего командующего Балтийским флотом фактически явилось политической ссылкой за ошибки и просчеты, приведшие по мнению партийного руководства страны, к Кронштадскому мятежу.

В Кабуле Федору Раскольникову пришлось приложить значительные усилия для того, чтобы нейтрализовать происки английской дипломатии. В этом большую помощь ему оказала Лариса Рейснер. В силу восточной специфики, не имея возможности непосредственно воздействовать на ход дипломатических переговоров, она на правах жены посла познакомилась с любимой женой эмира Аманнулы-хана и его матерью и завязала с ними тесные дружеские отношения. Поскольку обе эти женщины играли важную роль в жизни Кабульского двора, то через них она смогла не только получать ценную информацию о придворных интригах, но и влиять на политическую обстановку в Кабуле.

Уже 11 августа 1921 года Лойя-джирга (Совет старейшин афганских племен) одобрила советстко-афганский договор, вступивший в силу и ратифицированный через три дня эмиром. 1 сентября афганское правительство заявило об отказе от подрывной деятельности в пределах РСФСР и Туркестанской Советской Республики. Однако по мере того, как отношения между двумя соседними странами налаживались, и жизнь советской дипломатической миссии в Кабуле все более и более приобретала рутинный характер, в семье Раскольниковых стал назревать кризис. Два незаурядных энергичных человека, Федор Раскольников и Лариса Рейснер, не могли существовать в условиях размеренного быта и покоя. Как только исчезло ощущение новизны в восприятии восточной экзотики, и ослаб накал дипломатических баталий, ими овладела скука и тоска по родине, где по-прежнему шел "последний и решительный бой".

Лариса Рейснер и Федор Раскольников, каждый по отдельности, обращаются к Льву Троцкому, ведавшему Наркомотделом с просьбой об отзыве из Афганистана
. На вопрос о том, как она представляет себе счастье, Лариса отвечала: "Никогда не жить на месте. Лучше всего — на ковре-самолете".

Несмотря на протесты мужа, она покинула его и уехала в Россию. Отыскав А.А. Ахматову, возможно в память о романе с Гумилевым,
она оказала ей материальную помощь. В 1923-м она внезапно рассталась с Федором Раскольниковым. Ее выбор вызвал всеобщий шок: ее новым мужчиной оказался низкорослый лысый очкарик Карл Радек.

Приближенность к партноменклатуре позволила ей в это время создать у себя дома нечто вроде "салона", в котором бывали не только обласканные И.В. Сталиным, но и его оппоненты, в том числе Л.Д. Троцкий.

В 1925 году Л.М. Рейснер побывала в Германии, где сражалась в Гамбурге на баррикадах неудавшейся коммунистической революции и впоследствии описала свои впечатления в книге Гамбург на баррикадах.

После возвращения из Гамбурга она уехала на Донбасс и после поездки быстро издала новую книгу — "Уголь, железо и живые люди" (1925). В ней оказались намечены пути развития советского очерка; зарисовки быта и нравов  поселков Донбасса перемежались с деловыми экономическими соображениями. Л.М. Рейснер вдохновенно описывала энтузиазм рабочих, напоминая при этом, что он не может искупить нерадивости хозяйственников.

Умерла Лариса Рейснер 9 февраля 1926 в Москве в возрасте 30 лет от брюшного тифа. Во время праздничного обеда дома были поданы эклеры, приготовленные из молока, содержащего возбудитель болезни. В семье заболели все, кроме отца, который не ел сладкого. Мать и брат Игорь выжили. Лариса не оправилась от болезни, поскольку на тот момент была сильно истощена работой и личными переживаниями. В Кремлевской больнице, где она умирала, при ней дежурила ее мать, покончившая самоубийством сразу же после смерти дочери. Поэт Варлам Шаламов оставил такие воспоминания: "Молодая женщина, надежда литературы, красавица, героиня Гражданской войны, тридцати лет от роду умерла от брюшного тифа. Бред какой-то. Никто не верил. Но Рейснер умерла. Похоронена на «площадке коммунаров» на Ваганьковском кладбище. «Зачем было умирать Ларисе, великолепному, редкому, отборному человеческому экземпляру?» — патетически вопрошал Михаил Кольцов.

Один из некрологов гласил: "Ей нужно было бы помереть где-нибудь в степи, в море, в горах, с крепко стиснутой винтовкой или маузером"

Троцкий о Ларисе Рейснер.

  "Мятежная чета" в Кабуле.
Письма Ф.Раскольникова и Л.Рейснер Л.Троцкому (1922 г.)


Тексты Ларисы Рейснер (на немецком)

Women and Marxism
        Larissa Reissner

Tags: личности, революция, россия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su february 18, 2019 14:57 26
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment