?

Log in

No account? Create an account
varjag2007su (varjag2007su) wrote,
varjag2007su
varjag2007su

Category:

15 декабря 1918 года батька Махно заключил свой первый договор с петлюровцами



В этот день в 1918 года Нестор Махно подписал с командованием войск УНР союзнический договор о совместных действиях в случае вторжения на территорию Украины белогвардейских войск. Однако уже через 11 дней «батька» выступил против незадачливых союзников.


В отечественной историографии Гражданской войны как-то традиционно повелось подробно рассматривать взаимодействие белых, красных, зелёных, жовто-блакытных, немцев, французов, поляков и т.д. в самых разных их комбинациях, какие только успел «накрутить» кровавый 3-летний «водевиль» Гражданской войны.

Однако взаимоотношения батьки Махно и петлюровцев, почему-то, освещались обычно не так подробно, вскользь и нехотя. А весьма зря, поскольку они во многом проясняют многие современные исторические процессы, происходящие на территории Украины в наше время.

После свержения монархии наступило время огромных возможностей — это понимали многие политические деятели местячково-социалистического толка национальных окраин погибшей империи.

Понимал это и Нестор Махно, который после длительной отсидки в местах не столь отдалённых, вернулся в родное село Гуляй Поле. Он с энергией взялся за построение счастливого анархистского будущего, как он его понимал, на отдельно взятой территории, при этом к большевикам и левым эсерам относился, как к союзникам, пусть и не полностью принимая их леворадикальную программу, но, как минимум, уважая.

В конце октября 1917 года гуляйпольский районный съезд принял резолюцию с характерным названием «Смерть Центральной Раде!». «Батька» заключил с большевиками свой первый союз и выбил верных УНР гайдамаков из Александровска (современного Запорожья).




Тем временем имелись в Гуляй Поле и местные сочувствующие УНР адепты украинской национальной идеи, но они были в меньшинстве, а потому ждали своего часа. Он настал, когда к Гуляйполю подошли немецко-австрийские войска, у которых где-то в «обозе» маячили подразделения гайдамаков, а также различные деятели ЦР и правительства УНР.

В преддверии пришествия оккупантов некий «патриотично» настроенный деятель Гуляйполя — прапорщик Семенюта-Рябко — попытался пригрозить анархистам, что вскоре придут «союзные» войска, и они горько пожалеют о том, что помогали большевикам ликвидировали украинскую власть.

В то время на юге Украины местное население не понимало восторга перед иностранными оккупациями, и прапорщика убили, а анархистские отряды и Махно вместе с большевиками ушли от немцев и гайдамаков на территорию Советской России… но ненадолго.

Уже через несколько месяцев — в июле — Махно вернулся обратно и развернул в родных краях настоящую партизанскую войну. Именно с тех времён начинается его слава, как умного, хитрого и отважного вожака восставших крестьянских масс.

В ноябре Дирректория УНР объявила начало всеукраинского восстания против «буржуазно-помещичьей диктатуры» гетмана Скоропадского. Нетрудно догадаться, что вызван этот шаг был буквально за несколько дней до того подписанным в Компьенском лесу известным перемирием и начавшейся в Германии революцией.

В довольно короткий срок, используя социалистические лозунги, Директория смогла собрать вокруг себя подобных Махно народных атаманов: Никифора Григорьева, Даниила Зелёного (в «миру» — Терпило) и множество других, ранжиром помельче. Но Махно на эту уловку не повёлся.

На все раздававшиеся со стороны Директории призывы о единении Махно упорно отвечал: «Петлюровщина — авантюра, отвлекающая внимание масс от революции». Вместо союза с украинскими националистами «батька» начал переговоры с недавно созданным Временным рабоче-крестьянским правительством Украины.

Тем временем 27 ноября 1918 г. махновцы снова заняли Гуляйполе. Они взяли под контроль значительную часть Екатеринославской губернии, и представляли собой к декабрю 1918 года значительную военную силу числом в несколько тысяч штыков и сабель.

Рост армии «батьки» ограничивала только нехватка вооружений — добровольцев хватало. На здании махновского «революционного штаба» полоскались на ветру чёрные знамёна и висели лозунги «Мир хижинам — война дворцам!», «Освобождение рабочих — дело рук самих рабочих!», «С угнетёнными против угнетателей — всегда!»

На транспарантах, развешанных над волостным Советом рабочих, крестьянских и повстанческих депутатов можно было прочитать «Власть рождает паразитов. Да здравствует анархия!», или «Вся власть на местах Советам!» Так что в то время батька действительно был очень близок к большевикам, и весьма далёк от прочих политических течений.

9 декабря 1918 года он заключил с ними новый направленный против гетманцев, петлюровцев и белогвардейцев союз. Что касается Директории, то её киевские деятели весьма смутно представляли себе в то время, кто такой «батька» Махно, и какие силы он представляет. Одним он казался украинским патриотом, который до сих пор не присоединился к армии УНР только из-за недоработки каких-то чиновников, другим — большевиком, третьим — просто бандитом с большой дороги.

Однако местные екатеринославские и александровские националисты прекрасно понимали, что за «гусь» Нестор Иванович, и какие огромные угрозы местному жовто-блакытному движению несут его быстро разрастающиеся отряды.

Атаман Горобец, «вольные казаки» которого стали полновластными хозяевами города после ухода в Крым, на соединение с Добровольческой армией бывших гетманских войск, 13 декабря 1918 года официально, с публикациями в украинской прессе, предложил Махно союз против белых.

15 декабря в Екатеринослав прибыла делегация «батьки», и договор был подписан. «Вольные казаки» обязались поставить «махновцам» оружие, боеприпасы, обмундирование, а те, со своей стороны, клялись, используя всё выше перечисленное, безжалостно атаковать и истреблять деникинцев, и при этом не мешать петлюровским эмиссарам вербовать в северном Причерноморье себе новобранцев.

Конечно, такой договор не мог понравиться большевикам — находившийся на политическом поле Украины где-то между ними и петлюровцами Махно мог со временем сильно «поправеть», как это совсем недавно случилось с донскими казаками. Это было чревато большими проблемами.

Однако их заверили, что данный договор не более, чем уловка, направленная на получение «бесплатного» оружия и боеприпасов. В этот раз «махновцы» не солгали: как только от Директории были получены два вагона с оружием, взрывчаткой и обмундированием, «батька» тут же забыл о всех своих обещаниях, и ещё недавно принадлежавшие петлюровцам винтовки и пулемёты вскоре открыли огонь по ним же самим.

Всё началось с того, что к Махно обратился подпольный Екатеринославский губернский революционный комитет (Губревком) с предложением, поднять восстание и совместно отбить у петлюровцев город. «Батька» охотно согласился.

Один из очевидцев рассказывал: «Махно погрузил в захваченный рабочий поезд большой отряд гуляйпольских партизан, второй отряд в другие железнодорожные составы. Таким образом, повстанцы под видом рабочих вступили в Екатеринослав…». От «батьки» в операции участвовали 400 пехотинцев и 100 конников, силы Губревкома насчитывали 1.500 бойцов, партизанский отряд Н. Тисленко — 300.

Восстание оказалось для Директории полной неожиданностью. Огромный, по тем временам, 7-тысячный петлюровский гарнизон неожиданно для себя оказался полностью разгромленным.

Махно включили в состав Губревкома и назначили командиром Советской революционной рабоче-крестьянской армии Екатеринославского района. Ему и его людям вменили в обязанность заняться подготовкой города к обороне, но «махновцы» вместо этого самоотверженно отдались грабежам. На требование Губревкома ввести снабжения «махновских» частей в цивилизованные рамки, ему поступил остроумный ответ: «Мы за лозунг: от каждого по его способностям, каждому по его потребностям».

Однако одним остроумием много не навоюешь. Пока Махно, наплевав на все свои обязанности, в первую очередь занимался вооружением своих быстро разросшихся в Гуляйполе до 6.000 штыков и сабель отрядов, петлюровцы копили силы и сосредотачивались.

Буквально через два-три дня после потери Екатеринослава они воспользовались беспечностью махновцев и практически без боя вышвырнули их вон из города. Власти Директории жестоко расправились с участниками Екатеринославского восстания, в том числе и с попавшимися к ним в руки повстанцами — в Гуляйполе с Махно вернулись только 200 пеших и 100 конных воинов.

Само собой, после таких «батькиных кульбитов», и в Киеве, и в Москве к нему стали относиться с недоверием, которое после каждого очередного «сотрудничества» с ним только росло и укреплялось.


Tags: история, махно, революция на украине
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo varjag2007su февраль 18, 2019 14:57 28
Buy for 100 tokens
Друзья и читатели моего блога! Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment