Митрополит Андрей Шептицкий – шизофреник или трус?

Митрополита выслали из Львова в Киев и взяли под наблюдение. Этот исторический эпизод из жизни владыки Андрея современные его последователи пытаются представить как гонения на него со стороны «царского режима». Однако если вспомнить, что «царский узник» выехал из Львова в Киев в комфортабельном салон-вагоне в сопровождении своего духовника, ректора униатской семинарии Боцяна, личного секретаря монаха Гродского и слуги, а поселили его в лучшей киевской гостинице «Континенталь», то отношение к нему как к «мученику» покажется очень и очень странным. Особенно если принять во внимание, что он получал от «жестокого царского режима» точно такую же зарплату, как и епископы Русской Церкви.

Идем дальше. Еще одна неприглядная страница из жизни графа Андрея Шептицкого, которую сегодня пытаются если не скрыть, то умолчать, – это его связи с гитлеровцами. Не будем сейчас говорить обо всех аспектах сотрудничества УГКЦ и фашистов, так как это отдельная тема для разговора. Свое внимание мы обратим, опять же, на «твердость» и «неизменность» взглядов митрополита Андрея как относительно гитлеровской Германии, так и относительно сталинского Советского Союза.

Итак, 30 июня 1941 г. фашисты оккупировали Львов. На следующий день, 1 июля, Андрей Шептицкий обращается к своей пастве с обращением, в котором высказывает огромную радость по поводу этого события. Более того, желая, видимо, доказать свое верноподданническое настроение и неслучайность первого обращения, через 4 дня, а именно 5 июля, последовало еще одно обращение: «По воле Всемогущего и Всемилостивого Бога начинается новая эпоха в жизни нашей родины. Победоносную немецкую армию, занявшую уже почти весь край, приветствуем с радостью и благодарностью за освобождение от врага. В этот важный исторический момент призываю вас, отцы и братья, к благодарению Бога, верности Его Церкви, послушанию властям и усиленному труду. Чтобы отблагодарить Всевышнего за все, что Он нам дал, и умолить о милости на будущее, каждый душепастырь отслужит в ближайшее воскресение по получении этого призыва благодарственное богослужение и после песни «Тебе Бога хвалим» провозгласит многолетие немецкой армии и украинскому народу» (ЦГИА во Львове, ф. 358, оп. 1, д. 11, л.).

Но и этого графу Андрею показалось мало. И потому он пишет личное послание Адольфу Гитлеру: «Ваша Экселенция! Как глава Украинской греко-католической церкви, я передаю Вашей Экселенции мои сердечные поздравления по поводу овладения столицей Украины, златоглавым городом на Днепре – Киевом!.. Видим в Вас непобедимого полководца несравненной и славной Немецкой армии. Дело уничтожения и искоренения большевизма, которое Вы, фюрер Великого Немецкого Рейха, поставили себе целью в этом походе, обеспечивает Вашей Экселенции благодарность всего Христианского мира. Украинская греко-католическая церковь знает об истинном значении могучего движения Немецкого народа под Вашим руководством… Я буду молить Бога о благословении победы, которая станет гарантией длительного мира для Вашей Экселенции, Немецкой Армии и Немецкого Народа. С особым уважением, Андрей граф Шептицкий, митрополит (ЦДАВО, ф. 57, оп. 4, д. 338, л. 131-132)

14 января 1942 года Шептицкий подписал письмо Гитлеру, в котором было сказано буквально следующее: «Мы заверяем Вас, Ваше превосходительство, что руководящие круги на Украине стремятся к самому тесному сотрудничеству с Германией, чтобы объединенными силами немецкого и украинского народа… претворить в жизнь новый порядок на Украине и во всей Восточной Европе» .

Но и в этом случае, точно так же, как и в ситуации с Австро-Венгрией и царской Россией, взгляды митрополита менялись со скоростью, пропорциональной изменениям на фронте.

В 1944 году Советские войска взяли Львов, и уже практически на следующий день Шептицкий отправляет Сталину поздравительное послание. В этом послании глава УГКЦ называет Сталина «Верховным вождем» и «Правителем СССР, главнокомандующим и великим маршалом непобедимой Красной Армии» (почти так же, как ранее он называл Гитлера). Шептицкий пишет: «Эти светлые события и терпимость, с которой Вы относитесь к нашей Церкви, вызвали и в нашей Церкви надежду, что она, как и весь народ, найдет в СССР под Вашим водительством полную свободу работы и развития в благополучии и счастье».

7 сентября 1944 г., на одном из соборных заседаний УГЦК, Шептицкий выступил с речью, в которой высказался о коммунизме как о доктрине с широкими мировыми тенденциями, осудил бандеровское движение и призвал духовенство к деятельному сотрудничеству с советской властью. Более того, в максимально-сжатые сроки Шептицкий успел подготовить и воззвание к ОУН-УПА с призывом сложить оружие и выйти из леса.

Но, как и в случае с гитлеровцами, Шептицкому этого показалось мало и, желая более четко засвидетельствовать свое благорасположение к советской власти, он отправляет в Москву целую делегацию, которая посетила Московскую Патриархию, Верховный Совет СССР и НКВД.

В беседе с уполномоченным Совета по делам религиозных культов при СНК УССР С. Даниленко-Кариным Шептицкий сказал слова, полностью противоположные по своему смыслу тому, что он говорил раньше: «Я искренне рад, что Советская власть освободила нас от этих немцев, и об этой радости и об обязанностях, вытекающих из нее, говорил и говорю верующим и духовенству. Не далее, как сегодня у меня состоялся собор местного духовенства и некоторых приезжих. Такие соборы у меня бывают каждый четверг. Так вот я поучал их, как нужно быть благодарным и покорным Советской власти, ниспосланной нам Богом, и духовенство с искренностью воспринимало и воспринимает мои поучения».

Итак, как видим, говорить о каких-либо твердых и устоявшихся взглядах митрополита Андрея на современные ему события, мы не можем. Они целиком и полностью зависели от исторической ситуации и диктовались желанием извлечь максимальную выгоду для себя лично. В одном случае он смотрел на Россию как на главного врага украинского народа, а чуть позже – как на главного благодетеля. Он с восторгом встречал австро-венгерские войска, а потом точно так же, с восторгом, приветствовал войска российского императора. Он смотрел на Гитлера как на освободителя и изощрялся в похвалах ему, а в другом – писал дифирамбы Сталину и уверял советскую власть в своей лояльности. Коммунизм для него был почти одновременно как проклятием, так и благословением.

Точно то же можно сказать и о фашизме. Когда читаешь послания «блаженного митрополита» Андрея, то не покидает ощущение, что они написаны совершенно разными людьми. Объяснить рационально такую разительную перемену во взглядах нельзя (мы ведь не допускаем, что митрополит Андрей был шизофреником). Ровно до тех пор, пока не начинаешь понимать, что все его идеи, слова и воззрения руководствовались только одним чувством – желанием сохранить свою собственную жизнь, власть и влияние. Источник