В центре Европы блок НАТО развязал постыдную войну, которая нанесла непоправимый экономический ущерб сербам, привела к многочисленным жертвам среди мирного населения Югославии, в корне изменила политический ландшафт Европы и мировую политику. С тех пор возобладала ставка на силу в решении конфликтов, серьёзно подорвано было международное право. Как отмечали в МИД РФ, после удара НАТО по Югославии «любые рассуждения западных столиц на тему нарушения кем бы то ни было международного права, свободы слова и принципов демократии» следует рассматривать «не иначе как неприкрытое лицемерие».
На Западе склонны в лучшем случае объяснять, в худшем – оправдывать агрессию Североатлантического альянса. Однако и там в последнее время проявляется тенденция к объективной оценке событий 1999 года. Так, президент Чехии М. Земан в ответ на заявление генсека НАТО Й. Столтенберга о том, что бомбардировки проводились в целях защиты гражданского населения от режима Слободана Милошевича, назвал агрессию альянса в отношении суверенного европейского государства непоправимой ошибкой: «И нет необходимости искать алиби, чтобы оправдать ее»
.
Такие оценки вскрывают отложенный эффект агрессии. Операция «Союзная сила» под руководством Х. Соланы не только не скрепила европейские страны, но и отрицательно повлияла на развитие их отношений. Что же касается блока НАТО, то после ракетно-бомбовых атак 1999 года он окончательно вырос в главную угрозу международной безопасности.
Интересна оценка деятельности альянса, данная итальянским генералом Ф. Мини, командовавшим в 2002-2003 гг. международными миротворческими силами в Косово (КФОР). По его мнению, НАТО является инструментом достижения исключительно интересов США. «По сути, это агентство, предлагающее услуги. Альянс уже не тот, чем он являлся в 1949 году. Теперь это нечто похожее на компанию проката: вы платите и получаете услугу с использованием государств-членов НАТО, которые согласились с тем, что они не будут самостоятельно контролировать деятельность блока и станут частью многонациональной корпорации. Такие услуги сейчас доступны для тех, кто платит, хотя это, как правило, касается интересов только одного государства – США».
Непосредственное участие в воздушной кампании НАТО против Югославии при доминировании США (60% боевых вылетов, 55% боевых самолетов, свыше 95% крылатых ракет, 80% сброшенных бомб, все стратегические бомбардировщики, 60% разведывательных самолетов и БЛА, 24 разведывательных спутника из 25) принимали Бельгия, Великобритания, Дания, Испания, Италия, Канада, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Турция, Франция, ФРГ. Албания, Болгария, Венгрия, Македония, Румыния в инициативном порядке предоставили свое воздушное пространство и территорию в распоряжение объединенных сил блока. Как не раз бывало в истории, сработал балканский «синдром зла», когда своё «процветание» правительства видят в поражении соседей. В Европе только Австрия отказалась предоставить свое воздушное пространство, а Швейцария ввела ограничения на поставку вооружений странам НАТО.
Интересно, что в октябре 1999 г. на вопрос известного тележурналиста Ларри Кинга «Поступил ли бы Трамп в Косово так же, как это сделал Клинтон», будущий 45-й президент США ответил неожиданно. «Я бы сделал все немного по-другому… Посмотрите, какой разгром они вызвали в Косово… Посмотрите, что мы сделали в той стране и тем людям, на те смерти, случившееся из-за нас. У нас и союзников не было потерь лишь потому, что мы были там наверху, в самолетах... Я не считаю это успехом. Они жестоко провели бомбардировки страны (СРЮ) и целой области (Косово)». Как бы действия администрации Трампа в Сирии ни походили на действия администрации Клинтона в Косово, оценку бомбардировок Югославии, данную Трампом, стоит запомнить.
Особо неприглядно в поддержке агрессии НАТО выглядели европейцы. Они легко поддались пропаганде Вашингтона и не только стали под знамена лицемерной «гуманитарной интервенции», но и прямым образом потворствовали агрессии. Впоследствии США возложили на страны Евросоюза бремя восстановления разрушенной бомбардировками югославской инфраструктуры, заставив увеличивать военные расходы. Это притом, что европейцы получили массу проблем в виде неконтролируемой миграции, в том числе по балканскому маршруту. Сегодня задним числом европейские лидеры вынуждены постыдно оправдывать свои действия. Так, министр иностранных дел Германии Х. Маас уверяет, что бомбардировки были «правильными»: «Я не хочу знать, что бы там еще произошло, если бы их не было».
Трансформация современной политики в сторону развертывания гибридных войн, рост радикальных движений на «лоскутном одеяле» Балкан требуют не только однозначной оценки событий 22-летней давности, но и анализа последствий ненаказанной агрессии.
Агрессоры должны знать: наказание за совершенные преступления неотвратимо. Оно может прийти не только в судейской мантии, но и в пожирании международным криминалом государственных структур, в беспощадных террористических атаках, в лавине неконтролируемой миграции, в мутации сознания больших человеческих масс. Прав французский генерал Ж. Огар: «Европа умерла в Приштине», а чудовищная несправедливость по отношению к сербам «обернулась непоправимыми последствиями для самой некогда христианской Европы, гордо именовавшейся ранее Европой апостола Петра». В определённом смысле наказание уже свершилось – христианской Европы, как и прежней великой Америки, больше нет.
