Каким мы сегодня видим Константинопольский Патриархат?

Есть один фактор, связанный с сущностью и миссией Фанара сегодня. Об этом говорят сами греки. Это миссия продвижения и сохранения единства греческой культуры и поколения (генос). Даже когда я спрашиваю греков, которые весьма критически относятся к действиям патриарха Варфоломея, почему же они не прекращают общение с людьми, которые противоречат своим же словам, они часто отвечают, что знают об ошибочности политики Фанара, но считают, что прекращение общения с ним обозначало бы дезинтеграцию того греческого мира, для которого Фанар – один из признаков идентификации, один, но, может, и важнейший центр идентификации греков.

Конечно, такая позиция полностью понятна, но в таком случае также очевидно, что не может быть никакой «вселенской патриархии», а есть «панэллинская патриархия». Готовность Фанара уничтожить свободу двух славянских Церквей – сербской Печской Патриархии и Охридской архиепископии в 1766-1767 гг. под властью Османской империи свидетельствует, что этот слой его идентификации в течение нескольких веков представляет чрезвычайно важный ключ к толкованию определённых процессов и процедур. Конечно, сегодняшний Фанар склонен не только к селективному упоминанию фактов (к примеру, об истории предоставления автокефалии славянским церквям, забывая, что он сам пытался полностью ликвидировать эти церкви), но и к определённому языку («мать-Церковь» – «дочь-Церковь»). Итак, эта панэллинская идентификация Фанара означает, что мы в истории уже видели примеры антиславянских настроений и действий и поэтому не удивимся, если увидим их вновь.
Источник